Site Logo

Полки книжного червя

 
Текущее время: Пн ноя 20, 2017 10:41

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 33 ]  На страницу 1, 2  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:25 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
№ 4

Записки монархиста



Листая старую тетрадь
Расстрелянного генерала,
Я тщетно силился понять:
Как ты могла себя отдать
На растерзание вандалам?



Россия – страна бесконечных трагедий.


Вряд ли кто будет с этим спорить. Это – факт. Но самая страшная из ее трагедий – гражданская Война 1917 года, ибо тогда впервые за всю свою историю Россия объявила войну России. Звучит абсурдно, но это исторический факт.
Сколько литературы, музыки, стихотворений, публикаций написано и издано на эту тему, но везде полуправда… Да, да, именно так, чтоб не сказать грубее… К какому источнику не обратись – красивая ложь в стиле Геббельса, который утверждал: «Множество раз повторенная ложь становится правдой».
Это высказывание оправдывает себя. В советской литературе всегда красноармейцы благородны и смелы, а белая гвардия сплошь – предатели, трусы и т.д. и т.п.. Это не так, и я уверен, это было прекрасно известно все советским деятелям, но они, естественно, предпочитали об этом молчать.
Я касаюсь такой темы, что сама история призывает меня быть объективным, но как пройти (во имя все той же объективности), мимо вопиющих нарушений исторической истины в литературе советского периода на эту тему? Например, в романе Алдана-Семенова «Красные и белые» издания 1980 года, само название которого предполагает беспристрастный взгляд писателя на обе противоборствующие стороны, эти нарушения лезут с первой же страницы. Буквально следующее: «Среди гвардейских офицеров нашел Тухачевский полный разброд. Семеновцы, из века в век надежная опора монархии, перешли на сторону революции, не все, конечно, часть разбежались по домам, часть – бескомпромиссные монархисты – отвергла власть народа».
«И где же нарушения?» - спросить кто-то.
Во-первых, нужно знать, что такое Семеновский и Преображений полки. Это – два столпа, поддерживающие российскую монархию. Любого офицера из этих полков император знал лично. Любой солдат из этих полков имел больше привилегий и прав, чем самые высокопоставленные офицеры других полков и родов войск русской армии. Император был для них не просто высшей властью, но их товарищем, их символом, знаменем.
Во-вторых, служба в любом из этих полков являлась великой честью. Туда попадали лишь лучшие из лучших. Семеновский и Преображенские лейб-гвардии его императорского величества полки, были не только самыми привилегированными частями русской армии, но и своеобразным спецназом. Поэтому с уверенностью можно сказать, что если бы преображенцы и семеновцы приняли участие в событиях 1917 года, то уже в октябре монархия была реставрирована, а красный мятеж подавлен, потому что мятеж всегда обречен на провал, иначе он называется по-другому.
Поэтому, исторически правдива фраза из романа звучала бы так:
«Среди гвардейских офицеров нашел Тухачевский моральный надлом. Но семеновцы не зря были из века в век надежной опорой монархии. И хотя были единичные случаи перехода семеновских офицеров на сторону революции, в целом полк - бескомпромиссные монархисты, - отверг власть народа».
Нельзя сказать также, что семеновцы никогда не бунтовали. Еще как! Но никогда за всю историю их гнев не был направлен против государя императора или царствующей фамилии. Яркий пример тому – случай 1820 года, знаменитая

Семеновская история.

«По настоянию Великого князя Николая, находившего, что командир Семеновского полка Яков Алексеевич Потемкин свой полк распустил, назначен был подтянуть солдат полковник Шварц, который до этого командовал армейским полком. Широко по войскам шла молва о его истинно звериной жестокости. В местечке, где он стоял с полком, указывали на некий холм, под которым погребены были засеченные им солдаты. Так и звался большой этот холм - Шварцева могила. При бывшем командире Якове Алексеевиче Потемкине безрадостная солдатская жизнь несколько смягчилась. Потемкин вывел из употребления палки, запретил издевательства, грубую брань. Он добивался, чтобы солдат, загнанный непомерными взысканиями, снова почувствовал себя человеком. Командир отечески входил во все мелочи быта, столь важные для солдата. И тем обиднее было солдатам, когда заменивший Потемкина Шварц восстановил ненавистное пруссачество, весь казенный бесчеловечный строй.
Не только молодым, неопытным солдатам, но и старым, заслужившим военные ордена, Шварц собственноручно драл бакены и усы, плевал в лицо. Для сверположенного обучения «тянуть носок» забирал усталых солдат к себе на квартиру и для проверки шеренги растягивался влежку на полу.
Великий князь Николай Павлович (будущий Николай 1) не только покрывал, - он одобрял эти Шварцевы измышления собственным примером. То и дело он требовал во дворец команду человек по сорок старых ефрейторов. Во дворце при самом ярком бальном освещении Его Высочество изволил самолично преподавать ружейные приемы. В заключение измученные ефрейторы маршировали до одури, затаив дыхание, боялись поскользнуться на дворцовом паркете, натертом до зеркального блеска. Нередко, в угоду супругу, молодая тщедушная жена Николая, Александра Федоровна, становилась на правый фланг и рядом с огромной ногой гренадера вытягивала свою нарядную ножку.
Оскорбленные воскрешенной гатчинской фрунтоманий старые полковые командиры и другие порядочные офицеры поспешили перевестись в армию. Заступившие на их места молодые, новой формации, недостойно лезли из кожи, чтобы угодить и выслужиться. На императорских смотрах заявления солдат, которые могли бы обуздать самоуправство жестких командиров, вывелись из обычая: они теперь уже рассматривались как действие мятежное и жалобщика подводили под те же палки.
Наконец, жестокость Шварца стала невтерпеж солдатам, и, чтобы его сняли с должности, они задумали совершить дело, неслыханное по понятиям военной субординации. 16 октября 1820 года, солдаты самовольно, в неположенный час, вышли в коридор и заявили фельдфебелю Брагину, что они покорнейше, но немедленно требуют прибытия ротного командира Кашкарова для передачи ему своей просьбы.
Дерзости не было, но солдаты проявили такую непреклонную настойчивость, которая побудила фельдфебеля вызвать ротного командира, а тот, в свою очередь, вызвал батальонного. Солдаты требовали снять Шварца и назначить какого угодно другого командира.
«- Больше не имеем силы сносить издевательства полковника Шварца», - Батальонный командир поехал к Шварцу, чтобы он своим появлением успокоил людей и рассмотрел их жалобы.
Шварц, знавший за собой столько грехов перед солдатами, испугался и полетел с донесением о бунте в Семеновском полку прямо к Великому князю Михаилу, бригадному командиру.
Юный Михаил, превосходивший самого Николая 1 своей ревностью к фрунту и субординации, продержал роту несколько часов на допросе: «кто зачинщики? Кто «вызыватели» в коридор, да еще в неположенное время?». Солдаты «вызывателей» не выдали.
Вечером генерал-адъютант Васильчиков заманил безоружную 1-ую роту в штаб корпуса, объявил ее арестованной, и отправил в Петропавловскую крепость.
Узнав об этом событии, семеновцы ринулись во двор с криками:
- 1-ая рота в крепости, а мы спать, что ли, пойдем? Всем один конец, погибать так уж вместе!
Взволнованный арестом своей роты, полк не пожелал возвращаться в казармы. Бушевал гнев против Шварца, из-за которого, понимали они, теперь погибнут мучительною смертью, под шпицрутенами сотни невинных людей.
Какой-то взвод кинулся в квартиру Шварца. И конец бы этому полковнику, если бы не надумал он сбежать от заслуженной смерти в … навоз. На дворе его дома чистили конюшни, и он с головой зарылся в огромную кучу. Там его поискать не догадались.
Солдаты нашли где-то парадный мундир Шварца, вознесли на палку и, предав всяческим поруганиям, разодрали в клочья.
Однако подъехавшего генерала Милорадовича, а с ним и бывшего командира Потемкина, солдаты встретили приветливо и даже кричали Потемкину:
- При Вас бы в полку ничего подобного не получилось!
Те более поражено было начальство, когда с небывалой для замуштрованной солдатни твердостью, спокойствием, сознанием своего достоинства семеновцы объявили:
- Но в казармы мы не вернемся, доколе не обещают нам снять полковника Шварца, и вернуть 1-ую роту обратно в полк. Нам без 1-ой роты нельзя – пристроиться не к чему!
Васильчиков, корпусной командир, привыкший смотреть на полк как на заводную машину, оказался и здесь неспособным увидеть в солдате человека. Изругав полк «изменниками и бунтовщиками», он скомандовал в бешенстве:
- В крепость!
И старый Семеновский полк, соблюдая до мелочей дисциплину, построился в колонны и ушел целиком в Петропавловскую крепость. Немедленно послан был курьер к императору Александру Ш, заседавшему на конгрессе в Троппау, с донесением о неслыханном доселе событии в русской армии – бунте целого полка. Как повелит с ними расправиться?
От царя ждали мудрого решения этого вопроса…

«Воспитанный под барабаном,
Наш царь лихим был капитаном;
В Аустерлице он бежал,
В 12-ом году – дрожал,
Зато был фрунтовой профессор.
Но фрунт герою надоел -
Теперь коллежский он асессор
По части иностранных дел».
А.Пушкин.

Этому «коллежскому асессору», сейчас на конгрессе Меттерних властно твердил, что троны будут все опрокинуты, если немедля против их врагов не примут самых решительных и крутых мер.
Но, помимо всяких воздействий, для Александра дела «фрунта», по его природной к ним склонности, всегда были ближе к сердцу, чем все прочие дела. Решив, что в Семеновском полку бунт был вызван, конечно, «тайными русскими карбонариями», которых он так боялся, Александр не замедлил послать фельдъегеря с жестоким приговором: «1-ую роту судить военным судом в крепости! Прочие батальоны раскассировать по армейским полкам и гарнизонам. Знамена и музыканты остаются в кадре полка, и новый Семеновский полк формируется из гренадерских рот прочих армейских полков».
Зачинщиков же царь обязательно приказал обнаружить, что и поручено было мастеру допросного дела, некому полковнику Жуковскому. Этот сразу же взял в оборот Брагина, «ибо фельдфебель в своей роте должен быть вездесущ и не допущать до бунта».
Полк сидел в крепости, а зачинщики как растворились в его солдатской гуще, так и не обнаруживались. Но едва Жуковский прибег к испытанному методу «стращать шпицрутенами насмерть», как он уже смог по начальству подать рапорт: « После сделанных обещаний Брагину он заметно ободрился и стал говорить откровенно. А посему надлежит Брагину назначить преимущественное содержание в пище. Быть может, он и более откроет!». Брагин открыл все, что от него хотели и даже больше: загубил любимого полком молодого офицера Кашкарова, показав, что сразу вручил ему список зачинщиков для передачи его по начальству. На вопрос, почему не передан список и где он, Кашкаров отвечал, что, не придав записке значения, ее утерял.
Кашкаров также предан военному суду.
Генерал-аудитор Булычев, оставшийся при «особом мнении» дал всему произошедшему следующее заключение:
«Сообразя поступки полковника Шварца с законом, не могу отвергать, что солдаты были им отягчены сверх всякой меры. Помимо того, полковник Шварц позволял себе бить фухтелями без суда даже таких заслуженных солдат, которые имели знак военного отличия. Полагаю, что своим отношением к солдатам сам полковник Шварц и произвел их возмущение. А посему наказывать нижних чинов телесно считаю несправедливым. Полковника же Шварца, лишив чинов и ордена, списать в рядовые».
Но Булычев не царь, а всего лишь генерал-аудитор. А царь…
Царь наш – немец русский,
Носит мундир прусский.
Только за парады
Раздает награды.
А за комплименты
Голубые ленты.
А за правду-матку
Прямо шлет в Камчатку.
Ай наш царь, ай да царь,
Православный государь!
Он же.
Подавлять бунтарские настроения в Семеновскому полку, воинские начальники сначала хотели направить Преображенский полк, но отказались от этого намерения, так как было доподлинно установлено, что ежели бы им действительно пришлось драться с товарищами, они отказались бы. Не нужно себя обманывать, войска исполняют свои обязанности, но не было у них негодования, заставляющего их идти драться с товарищами. Петербургские военные и гражданские власти этого очень боялись, если бы кто-либо из офицеров встал во время происшествия во главе солдат и предложил взяться за оружие, все пошло бы к черту!
Кроме того, очевидцы видели, слышали и записали для потомков следующее: «лейб-гренадеры, державшие караул в крепости, куда вели семеновцев, не стесняясь кричали:
-Сегодня очередь Шварца, а назавтра Стюрлера!
Московцы, встречая семеновцев на пути в крепость, целовали их и говорили:
- Если царь по приезде не простит вас, вся гвардия встанет и будет с вами!.
Генерал Бистром уговаривал Павловский полк, когда государь будет спрашивать о Шварце, сказать, что он был командир добрый. Ответили кратко и выразительно: сего показать не можем, Шварц был всем известный тиран. А преображенцы - первый полк, по которому равняется армия, вот что говорят:
- Нас сейчас караулят казаки, а то начальству неведомо, что колеблются полки: Павловский, Гренадерский, лейб-егерский, да и кирасиры не отступят».
Узнав об этом, Александр Ш поручил генерал-адъютанту Васильчикову приоткрыть имена солдат болтунов, и как путь для этого приоткрытия дал совет: узнавать через девок и гостеприимных женщин (сиречь проституток).
Вот и конец «семеновской истории». Всем, надеюсь, ясно и понятно, что виноваты в ней венценосные Романовы, но… Армия винит Шварца, Стюрлера, но отнюдь не императорскую фамилию. Возникает естественный вопрос: почему же Семеновский и Преображений полки не приняли участия в событиях 1917 года? Я вижу сему две причины (хотя их может быть и больше):
1.Мартовское отречение Николая П на станции Дно.
2. Вторая причина явствует из диалога, приведенного в романе Алдана-Семенова «Красные и белые» между ротмистром Долгушиным и помощником начальника Отряда особого назначения Ворониным:
«И государя ВЫ привезли в Екатеринбург и поместили его в этот самый особняк. И расстреляли его, когда поняли, что белая армия возьмет город…
- Бывшего царя, конечно, судили бы на глазах всего мира, - ответил Воронин. – Но вы хотели сделать Николая П знаменем борьбы с революцией. Мы уничтожили Ваше знамя. И вы будете уничтожены, потому что невозможно бороться с народом».
Исчерпывающий ответ – не правда ли?


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:27 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
ШАНС

Хорошее слово – шанс? Шанс, которого не дали. Шанс на жизнь, которого, вопреки высказыванию лидера партии ВКП(б) – Владимира Ильича Ульянова-Ленина: «Ни одна революция не стоит слезы ребенка», - лишили последнего русского императора, который был виноват лишь в том, что его отцом был Николай П, получивший в народе прозвище – Кровавый.
Да, вы все правильно поняли. Я имею в виду Алексея Николаевича, которого историки всего мира называют цесаревичем, и который на самом деле волею истории 4 месяца был императором Всероссийским – Алексеем П.
Снова возникает вопрос: Кто дал мне, никому не известному автору, право столь бесцеремонно опровергать мнение маститых ученых-историков? Ответ прост – сама История.
Судите сами. Согласно историческим документам, отречение Николая П на станции Дно произошло в марте 1918 года, а расстрел Российской царствующей фамилии большевиками состоялся, согласно все тем же документам, а также знаменитому «Делу о злодейском убийстве Его Императорского Величества государя Николая Александровича», в ночь с 16-го на 17-ое июля 1918 года. Следовательно, эти 4 месяца Алексей Николаевич занимал Российский престол. Номинально, конечно, но…
Еще, в истории последних дней императорской семьи, есть деталь (в которую лично я не верю), которая дает призрачную надежду, маленький шанс (снова это обманчивое слов!) – маленький шанс на то, что императору Алексею удалось спастись. Я имею в виду тот факт, что никому не известно, где были похоронены последние представители царствующего дома Романовых. А так же основываюсь на дневниковых записях ротмистра Сергея Петровича, ведшего знаменитое «Дело…». В частности это запись от 21 июля 1918 года.
« 21 июля 1918 года.
7-ая дивизия горных стрелков под командованием моего дяди, князя Голицына, заняла Екатеринбург, куда, по оперативным данным, большевиками была переправлена царствующая фамилия. К сожалению, мы опоздали. В ночь с 16-го на 17-е июля, большевики трусливо расстреляли всю царскую семью. Я сам, лично, со слезами на глазах выпиливал доски пола в подвалах особняка купца Ипатьева, со следами крови моего императора, вынимал из стены кирпичи со следами пуль… Все эти предметы будут переправлены в Лондон, по личной просьбе Его Королевского Величества – Георга V.
Офицеры дивизии обыскали всю округу, и в заброшенной шахте обнаружили бриллиантовую пряжку с пояса цесаревича Алексея Николаевича. Тем более следов их присутствия в шахте не обнаружено.
Забрезжила призрачная надежда. Стало известно, что 18-го июля группа верноподданных пыталась вывезти царскую семью в Англию. Возможно, цесаревичу Алексею удалось спастись…»
Химера, мечта, но все-таки маленький шанс, данный Историей… Шанс, которого лишены детоубийцы, даже если преступление совершено во имя великих целей. Их ждет самая страшная кара, которая только возможна для существа, именующего себя человеком… Забвение…


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:28 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Великий министр Российской империи

В просторной комнате, предназначенной, как можно было заключить по всей ее обстановке, для учебных занятий, сидел у стола, наклонившись над книгою, мальчик, лет 13-14. Наружность его не отличалась не только красотою, но даже миловидностью, и лишь откровенный взгляд больших темно-серых глаз и добродушная улыбка, проявлявшаяся иногда на его губах, делали приятным его детское лицо и ослабляли то выражение надменности и задора, какое придавал его физиономии широкий и вздернутый кверху нос. На этом мальчике были надеты: суконный коричневый кафтанчик французского покроя с полированными пуговицами, такого же цвета короткое исподнее платье, белый казимировый камзол и кожаные башмаки с высокими каблуками и большими стальными пряжками. Его светло-русые волосы, зачесанные вверх надо лбом, были распущены по плечам. Чистота одежды, белизна камзола, свежесть плоеного коленкорового воротника и таких же манжет, выпущенных из-под рукавов, показывали, что за этим мальчиком был тщательный домашний уход.
Облокотясь ладонями на стол и подперев ладонями щеки, он внимательно, хотя и быстро, читал вполголоса лежащую перед ним объемистую книгу. Временами лицо его заметно одушевлялось, глаза начинали блестеть, и он то задумывался над книгою, как будто припоминая и соображая что-то, то снова, с усиленным вниманием, принимался перечитывать только что прочитанное им. Видно было, что содержание этой книги чрезвычайно занимало его. Иногда он, с нервной живостью, делал на страницах ее отметки ногтем, а иногда, отрывая от лежащего перед ним листа бумаги клочки, клал их, как памятные знаки, между страницами читаемой им книги. Заметно, впрочем было, что не только книга сама по себе возбуждала его любопытство, но что, вместе с тем, внимание его привлекали к себе и находившиеся в ней превосходно гравированные портреты, на некоторые из них он засматривался подолгу.
Портреты эти изображали каких-то старцев и пожилых мужчин. Одни из изображенных на портретах особ были в рыцарских доспехах, другие в широких мантиях, третьи в одеждах, похожих на подрясники по покрою с большими на них восьмиконечными крестами на груди. Оставляя на несколько минут чтение, мальчик торопливо пролистывал книгу, чтобы взглянуть поскорее на портреты, а тогда перед глазами его начинали мелькать то суровые, то добродушные, то воинственные, то надменные, то смиренные лица. Одни из изображенных на портретах витязей были с огромными старческими лысинами, другие с взъерошенными вверх, коротко остриженными волосами, третьи с длинными кудрями или повисшими вниз долгими прядями волос. Были тут и бородатые, и безбородые. Короче сказать, коллекция портретов представляла собой чрезвычайное разнообразие, как в отношении физиономий, так и в отношении одежд.
Под портретами виднелись гербы, увенчанные коронами, шлемами и кардинальскими шапками, осененными херувимами и знаменами, украшенные военными трофеями и обвитые лавровыми и пальмовыми ветвями.
На заглавном листе этой книги значилось: «Histore des Cheva eries de St.Jean de Jeresalem, appeles les Chevalies de Rhodes et ausourd hue les Chevolliers de Malte. Par M-r l Abble Vertot d Audoeuf de l Accademie des Belles-Lettes, MO CCXXUJ: т.e. История гостеприимных рыцарей святого Иоанна Иерусалимского, называвшихся потом родосскими, а ныне мальтийскими рыцарями. Сочинение г.Аббата Верто де Обефа, члена академии изящной словесности».
Книга аббата Верто в течение долгого времени пользовалась среди образованной европейской публики большой известностью и замечательным успехом. Аббат, несмотря на преклонность своих лет, на носимое им духовное звание и на свою принадлежность к мальтийскому ордену, отрешился в своем сочинении от усвоенных исстари приемов при создании книг подобного рода. Он отверг все легендарные сказания, переходившие без всякой проверки через длинный ряд веков от одного поколения к другому и гласившие о непосредственном участии Господа и его святых угодников как в военных подвигах, так равно и в обиходных делах мальтийского рыцарского ордена. Сомнительно отзывался аббат о чудесах, совершенных свыше во славу и на пользу этого духовно-воинственного учреждения, и прямо заявлял, что считает произведением праздной фантазии такие несбыточные рассказы, как, например, рассказ о том, что однажды трое благородных рыцарей, по усердным молитвам их, перенесены были какою-то невидимою силою в одну ночь из Египта на их отдаленную родину в Пикардию. За подобное, слишком смелое, отрицание чудес, проявлявшихся в былые века, среди боголюбивого и благочестивого рыцарства, добросовестный Верто получил прозвание «аббата революции», а книга его, по распоряжению римской курии, подпала «jub index», т.е. была внесена в список книг нечестивых, крайне опасных для верующих, а потому подвергалась всяческим гонениям со стороны римско-католических и церковных властей. Между тем эти-то именно преследования и доставили книге аббата Верто громадную известность, а вместе с тем и множество самых усердных читателей.
Очистив историю рыцарства от легенд, не имевших очень часто даже простодушной прелести, называемой игрою слишком пылкого воображения, но прямо ударявших в глаза беззастенчивостью вымысла - аббата Верто, тем не менее, в несомненно достоверных сказаниях мальтийского ордена нашел яркие краски, для изображения действительной жизни этого древнего учреждения. Картинно и красноречиво, но вместе с тем и правдиво, рассказал он в своей книге о судьбе рыцарей, подвизавшихся во имя Иоанна Крестителя с самых первых дней их появления в Иерусалиме, когда они, будучи еще монахами, променяли монастырь на странноприимный дом для безвозмездного служения там страждущими и недужным богомольцам. На попечение их стали поступать бедные и больные пилигримы, приходившие издалека, со всех сторон в Иерусалим на поклонение гробу Господню. Но подвиги смиренно-монашествующей братии не ограничивались только сердоболием, и когда в обетованной земле, после некоторого затишья, наступила снова борьба христиан с неверными, то монахи-иоанниты стали браться за оружие и мужественно сражались с врагами Христа. Таким образом, они успели соединить милосердие с воинственностью, а их духовный и в то же время рыцарский орден снискал себе вскоре повсюду громкую известность и приобрел безграничное уважение со стороны всего западного христианства.
Число рыцарей иоаннитского ордена с каждым годом увеличивалось и научных его членов было уже достаточно не только для того, чтобы исполнять первоначальные обязанности по призрению странников, но и для того, что бы выставить на боевое поле значительную военную силу. Кроме того, уничтожение в 1312 г. королем французским, Филиппом Красивым, ордена тамплиеров или храмовников, имевших также сперва местопребывание в Иерусалиме, а потом перебравшихся во Францию, возвысило иоаннитский орден, не встречавший уже себе соперника среди рыцарства. В число членов ордена святого Иоанна Иерусалимского начал поступать цвет европейского дворянства, и вскоре орден из первоначальной монашеской общины обратился в самостоятельное государство, успев завоевать для себя остров Родос. Он начал именовать себя «державным» орденом святого Иоанна Иерусалимского, а титул этот признали за ним все монархи. Он вступал в международные договоры со всеми государствами, как равный с равными, вел от своего имени и со своими вооруженными силами войны с врагами христианства и, устроив на Средиземном море значительный флот, направил свои усилия на истребление пиратов, имевших притоны на северных берегах Африки. Верховный представитель державного ордена святого Иоанна Иерусалимского, носивший звание гроссмейстера или Великого магистра, а также стража «Иерусалимского гостиного дома» и «блюстителя рати Христовой», был торжественно избираем на всю жизнь из среди знатных и доблестных рыцарей этого ордена. В своем высоком сане он признавался – как и природные монархи – государям, властвующем «Божьею милостью», и пользовался почти такой же обширной властью и таким же высоким почетом, какие в те времена присвоены были не зависящим ни от кого европейским монархам. Великие магистры о принятии ими над орденом верховной власти извещали, через нарочных послов, европейских государей, которые при своем вступлении на престол в свою очередь, оказывали им такое же внимание. Рыцари-иоанниты в отношении к Великому магистру считались подданными, они приносили ему присягу в верности и послушании, а в церковной службе имя Великого магистра провозглашалось как имя царствующего государя. Знаками его Власти были: корона «кинжал Веры», или меч, и государственная печать с его изображением. В ознаменование же двойственного своего владычества – духовного и светского – он имел титул преимущественнейшего и/или преосвященнейшего высочества.
Мало-помалу прежняя община монахов-иоаннитов преобразовалась окончательно в военно-рыцарский орден, сохраняя, однако, в течение веков отпечаток своего первоначального монашеского происхождения. Члены ордена, как и вообще все монашествующие, приносили обет послушания, безбрачия и нищеты. Вступая в орден, они отрекались от своего имущества или в пользу своих наследников, или - что обычно бывало – в пользу орденской братии, и хотя впоследствии они могли приобретать имения, они не имели уже права располагать ими по духовному завещанию, и имения эти – после смерти их владельцев-рыцарей – делались достоянием ордена. Иоанниты на первых порах своего существования держали себя безупречно. Они жили не только скромно и просто, но даже убого, употребляя все свое имущество на помощь страждущим ближним, на украшение храмов и на борьбу с врагами христианства. Но прежний суровый быт монахов-рыцарей начал постепенно изменяться: собранное орденом имущество и постоянно приливавшие в его казну богатства поколебали давние суровые добродетели, а Великие магистры, считаясь владетельными особами и подражая им стали жить с королевской пышностью. Тяжелые железные доспехи иоаннитов прежнего времени были заменены у изнежившихся их представителей ХVШ века модными французскими кафтанами из бархата и шелка: на головах их вместо грязных стальных шлемов и черных клобуков появились щегольские береты с разноцветными перьями, модные парики с пудреными локонами и изящные треуголки с плюмажем, золотыми галунами и бриллиантовыми аграфами, а грубые ремни, поддерживающие рыцарскую броню, были заменены уборами из батиста и кружев. Обычный свой наряд – красные супервесты и черные мантии с нашитыми на них крестами из белого полотна – рыцари-иоанниты одевали только в торжественных случаях, т.е. так редко, что не узнавали друг друга, собираясь вместе, в этом заброшенном или стародавнем наряде.
Орден все более и более отступал от своих древних учреждений, и в прошлом столетии с названием рыцаря иоаннитского или мальтийского ордена неразрывно было связано понятие о дворянине хорошего старинного рода, с порядочным наследственным состоянием. На иоаннитов стали смотреть как на людей светских, думавших о веселой жизни, а не как на монахов-рыцарей, посвятивших свою жизнь подвигом благотворения да трудным и опасным походам против неверных и морских разбойников. Несмотря, однако, на все это, орденский устав, хотя и не соблюдаемый строго даже и в существенных его статьях, носил еще на себе отпечаток рыцарства былых времен.
К началу ХVШ века рыцарство везде уже отжило свое время. Религиозные его основы не составляли никакой приманки для людей набожных, которые стали предпочитать монастырское спокойствие бурной рыцарской деятельности, а дворянство, жаждавшее военной славы, начало искать ее не в рыцарских орденах, а под знаменами могущественных государей и под предводительством прославившихся полководцев. Тем не менее сказания о былой жизни рыцарей вообще и преимущественно столь знаменитых, какими считались рыцари мальтийского ордена, покрывшие себя славой военных подвигов и на суше, и на море, могли еще впечатлительно действовать на молодое, слишком пылкое воображение. Рыцари этого ордена были озарены блеском воинских доблестей и героических деяний, совершенных их предшественниками, они жили за счет былой славы своего ордена, и надобно отдать справедливость ученому аббату Верто, что он как нельзя лучше воспользовался бывшими под его руками материалами для того, чтобы написать самую увлекательную историю из времен исчезнувшего рыцарства.
Проходил обычным чередом год за годом после того, как белокурый мальчик с таким вниманием читал книгу аббата, но навеянные на него этим чтениям впечатления и думы не изгладились из его памяти. Увлечение, так сильно его охватившее, не оставляло его окончательно даже в ту пору, когда он сперва перешел в юношество, а затем и в зрелые годы. Все, что касалось судьбы полюбившихся ему мальтийских рыцарей, постоянно занимало и живо затрагивало его, и наконец, ему представилась возможность принять в ней самое деятельное участие после того, как в ночь с 6-го на 7-ое ноября 1796 года в лице его явился Павел 1, император и самодержец Всероссийский.
К чему вся эта история? Какое отношение имеют мальтийские рыцари к «делу о Великой Российской империи». Гипотеза – подчеркиваю, гипотеза следующая:
Доподлинно известно (это исторический факт), что государь император Павел 1 Петрович являлся Великим магистром ордена рыцарей-госпитальеров (иоаннитов) и следует найти ответ на следующие вопросы:
1. Существует ли в нынешнее время орден св.Иоанна Иерусалимского?
2. Существуют ли еще титул Великого магистра?
3. На какой территории находится представительство ордена?
К чему эти вопросы? А к тому, что если на все эти вопросы ответ будет утвердительным, то возникнет еще один главный: передается ли титул Великого магистра ордена св.Иоанна Иерусалимского по наследству? Например, в уставе ордена тамплиеров, уничтоженного Филиппом Красивым, была статья: «Среди командоров наших не может быть государей». Была ли такая статья в уставе ордена рыцарей-иоаннитов?
При условии, что орден св.Иоанна еще существует, что власть Великого магистра передается по наследству и что подобной статьи в уставе ордена иоаннитов не предусмотрено, то, исходя из того, что Павел 1 был Великим магистром этого ордена (что несомненно), и на данный момент не существует потомков рода Романовых мужского рода, следует, что нынешний Великий магистр ордена св.Иоанна Иерусалимского одновременно являются также самодержцем Всероссийским.
Боже, храни императора!


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:28 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Пролетариат против диктатуры пролетариата…

Пролетариат против пролетариата! Рабочие и крестьяне против Советов! Абсурд? Конечно, абсурд, но… Но как тогда вы объясните Белую гвардию? Нет, не роман Булгакова, а реальную, ту самую… Ведь абсурдом будет утверждать, что все сплошь кто вступал в ее ряды, были дворянами. Нет, я согласен, что существование в ней соединений, состоящих исключительно из офицеров, никто не отменял, но это капля в море…Что? Вы утверждаете (многие из вас), что тут решающую роль сыграла многовековая привычка русского солдата (хорошая, кстати, привычка), - повиноваться воинской дисциплине? А если это совсем не военнослужащие?
25 сентября 1918 года в г.Воткинске, и 15 декабря того же года в г.Ижевске были созданы две лучшие дивизии белогвардейцев. В их рядах не было ни одного дворянина, помещика или кулака, а только рабочие Воткинского и Ижевского заводов. На их знаменах был вышит девиз: «Против красной заразы». Ижевская дивизия по коэффициенту полезного действия обошла даже знаменитые офицерские батальоны генерала Каппеля, а в 1942 году была переименована в печально известную РДА, а последний оставшийся в живых из ее бывших командиров подпрапорщик Власов, получил от гитлеровского командования чин генерала и железный крест из рук самого Гитлера!
И это бывший мастер Ижевского завода, пролетарий по определению! Большевистские источники утверждают, что он был сумасшедшим маньяком и собирался после победы фашистов перебраться в Германию. Но как вы, товарищи сочувствующие коммунистам, объясните запись в дневнике генерала, датированную 8-ым марта 1942 года.
«Эти белокурые бестии с их бесноватым шакалом, которым раздает свои железки так, как будто он владыка мира, мечтают уничтожить мою Русь… Пусть помогут убрать красную заразу, и сразу их к одной стенке с коммуняками поставим!».
Вопросы, вопросы, вопросы…
История Гражданской войны в России содержит множество ключевых моментов, иной исход которых мог бы круто изменить дальнейшую историю страны. Часть подобных противоречивых, а зачастую и парадоксальных с точки зрения современного человека эпизодов широко известна, другие еще только ждут своего исследователя. Особенно богаты подобными «узловыми точками» события, происходившие в 1918-1919 гг. на Востоке – в Поволжье, на Урале и в Сибири.
Само начало этой войны в мае 1918 г. было спровоцировано мятежом Чехословацкого корпуса, отдавшим в руки антибольшевикам огромное пространство от Волги до Тихого океана. За этим выступлением последовали и другие, и к июлю под контролем Москвы оставалась только четверть территории России. Между тем этот, едва не погубивший Советскую Россию мятеж отнюдь не был неизбежен и в значительной степени стал результатом стечения обстоятельств и ошибок властей…
Осенью 1918 г. Красной армии ценой огромных усилий удалось вернуть Поволжье с его хлебными запасами, но Урал и Сибирь оставались в руках врага, который стал гораздо организованнее и сильнее. На место возникавших летом и осенью Временных правительств пришел Верховный Правитель Российского государства адмирал Колчак. Власть Колчака на территории России признали иностранные государства и все руководители антибольшевистских движений и армий на западе России, в Сибири и на Дальнем Востоке. Адмирал получил в свое распоряжение территорию с огромными продовольственными и людскими ресурсами, работающие транспорт и промышленность, золотой запас Российской Империи, подобие парламента и даже Академию Генерального штаба в полном составе. К весне 1919 года его армия насчитывала около 300 000 человек, в нее вернулись ушедшие было с фронта чехословаки, - гроза 1918 года. При таких силах казалось, что дни Советской власти сочтены и апрельский приказ Колчака – сбросить Красную армию в Волгу, соединиться с Деникиным и Миллером и идти на Москву – был вполне выполнимым. Однако попытка его реализовать обернулась необъяснимой на первый взгляд катастрофой. Армия, успешно начавшая наступление, была разгромлена и к концу июля отброшена за Урал.
Причины этого поражения многократно обсуждались историками, но единого мнения нет до сих пор. Одни склонны искать причину в некомпетентности политического руководства, другие – в бездарности армейского командования, третьи – во вмешательстве иностранных держав…
Вопросы, вопросы, вопросы…


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:29 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Всколыхнулся, взволновался, православный Тихий Дон.

«Общее собрание временного донского правительства и делегатов от Станиц и войсковых частей в заседании 28 апреля и Судебных установлений в Новочеркасске, признавая число присутствующих в настоящем собрании делегатов от войсковых частей и станиц, принявших участие в изгнании из Донской области советских войск, достаточным, постановило объявить настоящее собрание «Кругом спасения Дона» (Постановление Круга спасения Дона 28 апреля - 5 мая 1918 года, Новочеркасск).
В нем было 130 членов. Это было едва ли не самое народное и демократическое собрание, которое когда-либо бывало. Круг называли серым. В нем не было интеллигенции. Трусливая интеллигенция сидела в эту пору по подвалам и погребам, тряслась за свою жизнь или подличала перед комиссарами, записываясь на службу в советы и стараясь устроиться в более или менее невинных учреждениях – по народному образованию, по продовольствию или по финансовой части. Ей было не до выборов в такое смутное время, когда и выборщики и выбранные играли своими головами. Круг собирался без партийной борьбы… Было не до партий. В Круг выбирали и на Круг были выбраны исключительно казаки, которые страстно желали спасти родной Дон и для этого готовы были и жизнь свою положить на него. И полагали жизнь, потому что большинство выборщиков, послав своих делегатов, сами разобрали оружие и пошли спасать Дон.
И потому название «Круг спасения Дона» - было как нельзя более к лицу.
Круг не имел политической физиономии и потому в нем не было и не могло быть политической борьбы. Этот серый Круг имел одну цель – спасти Дон от большевиков, спасти во что бы то ни стало и какою бы то ни было ценою.
Он был истинно народным и потому коротким, мудрым и деловым в своих заседаниях и решениях. Он коротко и просто сказал, что хочет Дон теперь: порядка. Что будет в России и какова она будет, он не думал. Это не его дело и не потому не его дело, что он отмахнулся от России, а потому, что он чувствовал себя слишком маленьким и ничтожным, чтобы затрагивать такие большие вопросы. Круг искал людей для того, чтобы вручить им власть, и, ища таковых, он не спрашивал, какой они партии, но интересовался их прошлым, что делали и что умеют делать. На нем не было партий и лидеров этих партий, но весь Круг прислушивался к мнению тех людей, которых знал и которым верил. Такими людьми были председатели Круга есаул Г.П. Янов и командующий Южной группы полковник Денисов. Им Круг верил безусловно, потому что видел, что они любят Дон и готовы за Дон отдать и саму душу свою.
«Круг спасения Дона» отлично понимал, что он не может говорить от имени своего Войска, потому что далеко не от всех станиц были на нем представители. Он взял на себя лишь подготовительную работу до освобождения всего Войска от большевиков и возможности созвать правомочный Круг, которому тогда и вручить всю власть. А пока единственная цель: спасти Дон.
И этот серый, то есть истинно демократический Круг, разумом народным и спас Дон. К 15 августа 1918 года, ко времени созыва полного Войскового Круга, большевиков не было на донской земле, и не вмешайся в дела Войска генерал Деникин и союзники, может быть сейчас Войско Донское существовало на тех же основаниях, как существует Эстония, Финляндия, Грузия, - существовало отдельно от Советской России.
Конечно, вопрос об отношении к немцам и к Украине был в данное время самым острым вопросом, и в заседании 29 апреля Круг постановил: утвердить избранное временным донским правительством полномочное посольство в составе М.А.Горчукова, И.Г.Семенова, полковника Гущина и генерал-майора Сидорина. «Посольству этому поручить командироваться в город Киев для вычисления отношений к Дону самой Украины и осведомления и целях вступления германский войск на территорию Донской области, а также твердо отстаивать существующие ныне границ области, ее независимости и самобытность казачества». (Постановления «Круга спасения Дона»).
Круг повел этот деликатный вопрос хитро, по народному. Он не признал Украины, он не признал и немцев, хотя и сознавал, что без них он не сидел бы в Новочеркасске, и членами посольства он избрал именно тех людей, которые больше всего кричали о ненависти к немцам и преданности союзникам. Эти-то люди уже не выйдут и продадут. Здесь Круг именно и ошибся, но и ошибся правильно. Он мог загубить все дело, испортить совершенно отношения с Украиной и немцами, но он для этого потом и избрал атамана, который все это должен был исправить, а сам сохранил свое лицо, национальную гордость, и на суд истории и грядущих союзников Войско Донское явилось непоколебимо верным союзником и ненавидящим немцев.
В том же заседании Круг поставил вопрос «Об организации на Дону постоянной армии, упорядочении казачьих сил, поднявшихся для борьбы с большевиками, и об установлении законов об организации армии и установлении в ней дисциплины» (Постановления Круга спасения Дона).
То, вокруг да около чего топтались почти целый год атаман Каледин с войсковым правительством и Малым Кругом, составленным из интеллигентных болтунов, народный «Круг спасения Дона» решил на втором же собрании. Он точно и определенно сказал, что Дону нужна настоящая армия, а не партизаны, добровольцы или дружинники, армия старого режима повинующаяся законам и строго дисциплинированная.
И еще армия эта не существовала, как уже генерал Деникин сделал попытку подчинить себе донские части и осуществлять единое командование, как это сделал Корнилов в ауле Шеджи 14 марта с кубанскими казаками. На вопросы представителя Добровольческой армии, кто должен фактически командовать вооруженными силами, каково отношение Дона к Украине и Германии, Круг ответил: «Верховное командование всеми без исключения военными силами, оперирующими на территории Донского войска, должно принадлежать Войсковому Атаману, или, как в данном случае – Походному Атаману, и так как вопрос об отношении к Украине и Германии еще не выяснен, то для выяснения этого вопроса временным правительством командируется в город Киев посольство от Войска Донского» (Постановления «Круга спасения Дона»).
Ответ этот не удовлетворил генерала Деникина. Планы генерала Деникина были иные. Он думал в лице донских казаков получить большие пополнения людьми и материальной частью, усилить Добровольческую армию, а не иметь рядом «союзную» армию. Когда ответ этот дошел до генерала Деникина, он решил лично переговорить об этом с донским атаманом.
Круг работал интенсивно. Заседания шли утром и вечером. Он торопился восстановить порядок и не боялся упреков в стремлении возвратиться к старому режиму.
Так, в заседании 1 мая Круг постановил: «В отличие от большевистских банд, которые никаких внешних знаков отличия не носят, всем частям, участвующим в защите Дона, немедленно принять свой воинский вид и одеть, кому положено погоны и прочие знаки отличия». (Постановления «Круга спасения Дона»).
На вечернее заседание 1 мая Круг пригласил генерал-майора Краснова, как старшего по службе из донских генералов. Краснов был еще верховным главнокомандующим, Корниловым назначен командующим 3-им кавалерийским корпусом. Круг просил его высказаться о современной политической обстановке. Генерала Краснова знали почти все члены Круга. Именно серые члены Круга его знали хорошо, потому что это были его сослуживцы. 30 лет служил генерал Краснов исключительно в строю с донскими казаками, и за эти 30 лет много казаков было под его начальством и служило вместе с ним то в Петербурге, в гвардейском полку, то на границе Австрии, то на войне. Члены Круга знали генерала Краснова как молодого офицера, знали как полкового командира, знали как начальника дивизии и командира корпуса, они видели его в боях, привыкли верить ему и повиноваться ему, а главное суеверно верили в его счастье, потому что не раз на войне он выходил победителем из очень сложных и тяжелых положений. Про него знали, что он любит и жалеет донских казаков, и каждый знает, что простой народ этому слову жалеть придает особенное значение.
Почти 2 часа говорил генерал Краснов о положении России. Напряженно, в гробовой тишине слушали его казаки. Он говорил о том, что Дон со времен царя Михаила Федоровича был неотъемлемой частью государства Российского, его губернией и управлялся из России ее министрами и потому своих органов управления, своих финансов, казны, своего войска никогда не имел. Он говорил о том, что Россия теперь поругана и опозорена большевиками, она разгромлена ими и лежит в обломках. Можно сказать, нет России. Дон стал совершенно одинок. Ему нужно – впредь до восстановления России – стал самостоятельным государством, завести свою казну, своих управляющих министерствами для того, чтобы каждый отдел народной жизни имел своего ответственного руководителя и ни в чем не было бы ущерба. Простым и ясным языком, доступным пониманию рядового казака, он рассказал, что должно делать какое министерство.
Он коснулся отношения к немцам. Воевать с ними казаки не могут, им остается постараться мирным путем удалить их с донской земли. Он говорил о необходимости тесного сотрудничества с Украиной и доблестной Добровольческой армией и об исторической задаче донцов спасти Москву (читай Россию) от воров и насильников. Он советовал казакам не вмешиваться потом в дела русского государства и предоставить ему самому устроить свой образ правления, как ему будет угодно, а самим зажить тою вольною жизнью, когда тесно связанные с Московским царством донские казаки жили, управляемые своим Кругом и своим атаманом и когда обычной поговоркой их было: «Здравствуй, Белый царь в каменной Москве, а мы, казаки, на Тихом Дону».
Круг постановил доклад адмирала Краснова принять к сведению и выразить ему благодарность. (Постановления «Круга спасения Дона»).

На вечернем заседании в мае того же годы были произведены закрытой баллотировкой выборы атамана. 107 голосами против 13 при десяти воздержавшихся на пост донского атамана был избран генерал-майор Краснов. Генерал Краснов не принял этого избрания впредь до того, как Круг утвердит те основные законы, которые он считает нужным ввести в Войске Донском для того, чтобы иметь возможность исполнить те задачи, которые поставил ему «Круг спасения Дона».
Законы были приняты. И этими законами вся власть из рук коллектива, каковым являлся Большой или Малый Круг, переходила в полном объеме в руки одного лица – Войскового Донского Атамана.
Перед глазами «Круга спасения Дона» стояли окровавленные призраки застрелившегося атамана Каледина и расстрелянного атамана Назарова. Дон лежал в обломках, он не только был разрушен, но он был загажен большевиками и немецкие кони уже пили тихие струи Дона, священной для казаков реки. К этому привела работа Кругов, потому что и Каледин и Назаров боролись с их постановлениями, но победить не могли, потому что не имели власти. Коллектив разрушал, но не творил. Задачами же донской власти было широкое творчество.
- Творчество, - сказал в одной из своих речей перед Большим Войсковым Кругом атаман Краснов, - никогда не было уделом коллектива. Мадонну Рафаэля создал Рафаэль, а не комитет художников. Донскому атаману предстояло творить, и он предпочитал остаться один вне критики Круга или Кругом назначенного временного правительства.
- Вы хозяева земли Донской, я ваш управляющий, - сказал Кругу атаман. – Все дело в доверии. Если вы мне доверяете, вы принимаете предложенные мною законы, если вы их не примете, значит, вы мне не доверяете, боитесь, что я использую власть вами данную во вред Войску. Тогда нам не о чем разговаривать. Без вашего полного доверия я править Войском не могу.
Этими законами начисто отметалось все то, что именовалось «завоеваниями революции» и «ее углублением». И это высказали атаману. Но атаман этого и хотел. Законы императорской власти привычные народу законы, народ их знал, понимал и исполнял. После революции Временное правительство спешно издало целый ряд законов, которые не были известны в народе и к которым народ не привык. Законы эти возбуждали кривотолки. А затем последовал ряд безумных декретов народных комиссаров, Все перемешалось в мозгах несчастных русских граждан и многие не знали, что представляет собой закон Львова и Керенского и что декрет Ленина. Атаман счел необходимым вернуться к исходному положению до революции. В особенности это было важно для войска, да еще ввиду военного времени, чтобы совершенно аннулировать приказ №1, разрушивший всю великую Русскую армию.
На вопрос одного из членов Круга атаману, не может ли он что-либо изменить в предложенных им законах, атаман ответил: «Могу. О флаге, гербе и гимне. Вы можете предложить мне другой флаг, красного, любой герб, кроме пятиконечной звезды или иного масонского знака, и любой гимн, кроме «Интернационала».
Круг рассмеялся и принял законы, предложенные атаманов в полном объеме.
Законы эти создали атаману много врагов. Та часть интеллигенции, которая пряталась до сих пор по подвалам и по погребам и вылезла наружу, как только исчезли большевики, стала упрекать атамана.
Стремящаяся к власти, воспитанная на критике ради критики, на разрушении, а не на творчестве, она повела широкую кампанию против атамана. В своих нелепых обвинениях она доходила до того, что, например, С.П. Черевков, редактор издававшейся в Екатеринбурге газеты, писал, что атаман стремится устроить на Дону феодальные порядки и восстановить крепостное право и право первой ночи.
Не удовлетворили эти законы и генерала Деникина. Они показали ему, что Дон становится на путь самостоятельного строительства, вне зависимости от Добровольческой армии, что он не признает Добровольческую армию за Россию и Деникина за своего диктатора. Отсюда последовали обвинения атамана в стремлении к самостийности, к отделению от России. Донского атамана в Добровольческой армии прихвостни Деникина ославили едва не изменником России, самостийником, и человеком «немецкой» ориентации. Его слова: «Здравствуй, Белый царь в Каменной Москве, а мы, казаки, на Тихом Дону», повторение слов, которые говорились в эпоху Смутного времени на Руси, до избрания Романовых, создали атаману в Добровольческой армии репутацию монархиста.
Донской атаман не раз шутя, говорил: «У меня четыре врага: наша донская и русская интеллигенция, ставящая интересы партии выше интересов России, - мой самый страшный враг, - генерал Деникин; иностранцы-немцы или союзники и большевики. И последних я боюсь меньше всего, потому что веду с ними открытую борьбу, и они не притворяются, что они мои друзья».
4 мая было последнее заседание «Круга спасения Дона». 9 мая Круг разъехался. Атаман остался один править войском.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:29 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Коли по-русски скроен – и один в поле воин.

Все лежало в Войске Донском в обломках и запустении. Самый дворец атаманский был загажен большевиками так, что поселиться в нем сразу без ремонта было нельзя. Церкви были поруганы, многие станицы разгромлены, и из 252 станиц Войска Донского только 10 были свободны от большевиков. Не только пушечная, но и ружейная и пулеметная стрельба были слышны кругом Новочеркасска. Бои шли под Батайском и у Александра-Грушевского. Полиции ни городской, ни станичной, ни железнодорожной стражи не было. Грабежи и убийства были ежедневным обычным явлением. Немцы прочно заняли Таганрог и Ростов, немецкая кавалерия занимала всю западную часть Донецкого округа, станицы Каменская и Усть-Бело-Калитвенская были заняты германскими гарнизонами. Немцы продвигались к Новочеркасску и аванпосты баварской конницы стояли в 12 верстах в югу от Новочеркасска. Планы и намерения немцев были совершенно неизвестны атаману.
Но все это были пустяки в сравнении с тем ужасным злом, которое посеяли большевики в душах населения. Все понятия нравственности, чести, долга, честности были совершенно стерты и уничтожены. Совесть людская была опустошена и испита до дна. Люди отвыкли работать и не желали работать, люди не считали себя обязанными повиноваться законам, платить подати, исполнять приказы. Необычайно развилась спекуляция, занятие куплей и продажей, которое стало своего рода ремесло целого ряда лиц и даже лиц интеллигентных. Большевистские комиссары насадили взяточничество, которое стало обыкновенным и даже как бы узаконенным явлением.
В стране, заваленной хлебом, мясом, жирами и молоком, начинался голод. Не было товаров, и сельчане не стали везти свои продукты в города. В городах не было денежных знаков, и их заменяли суррогаты, купоны займа свободы и другие, что до крайности затрудняло торговлю. Перед атаманом лежал целый ряд задач, разрешить которые должен был во время страшной и упорной борьбы с большевиками. В голову всего атаман поставил главную задачу, данную ему. Кругом спасения Дона освобождение земли Донской от большевиков. Для выполнения ее ему нужно было создать армию, выяснить отношения немцев к Дону и войти в тесную связь с Украиной и Добровольческой армией, чтобы привлечь их к совместной работе против большевиков. 5 мая атаман вступил в управление Войском, и в тот же день вечером доверенный его, адъютант есаул Кульгавов, поехал с собственноручными письмами атамана к гетману Скоропадскому и императору Вильгельму. Императору Вильгельму атаман писал на немецком языке о своем избрании, сообщил о том, что Войско Донское не находится в войне с Германией, просил, чтобы дальнейшее продвижение немецких войск в Донскую землю было приостановлено, чтобы Войско Донское было признано впредь до освобождения России от большевиков самостоятельною республикой, управляемой основными законами, приложенными к письму. Атаман просил о помощи оружием, взамен чего предлагал установить через Украину правильные торговые отношения.
Есаул Кульгавов должен был передать это письмо в Киев командующему немецкими войсками на Украине генералу Эйхорну, которому была послана копия этого письма. Гетману атаман писал о своем избрании, о вечной дружбе, которая была между Украиной и донским казачеством, указывал на то, что украинцы неправильно считают свои границы, и просил о скорейшем восстановлении старой границы земли Войска Донского. Вместе с тем атаман писал о сложении полномочий посольством Семенова, Горчукова, Сидорина и Гущина, об отозвании их и о посылке вместо них нового посольства в лице генерал-лейтенанта Свечина и генерал-майор Черясукина.
Результатом посылки письма императору Вильгельму было то, что уже 8 мая вечером к атаману явилась делегация от генерала кавалерии фон Кренцера из Таганрога, заявившая, что германцы никаких завоевательных целей не преследуют, что они заинтересованы в том, чтобы на Дону восстановился, возможно, скорее полный порядок, что Таганрогский округ, а Ростов они заняли лишь потому, что Украинцы им сказали, что они принадлежат Украине и что этот пограничный спор надо разрешить с гетманом Скоропадским. Что касается станиц Донецкого округа, то немцы их заняли по приглашению самих казаков. Депутация заявила, что она считает в интересах казаков, чтобы германские войска оставались временно, на донской территории, что они уйдут, как только увидят, что на Дону восстановился полный порядок. Свидание атамана с представителями германского командования носило самый деловой характер. Атаман убедился в том, что немцы боятся казаков и что они действительно заинтересованы в помощи Дону. На первом же свидании было решено, что немцы дальше продвигаться не будут и что в Новочеркасск ни германских офицеров, ни солдаты без особого разрешения атамана ездить не будут, чтобы не раздражать казаков.
9 мая в Новочеркасск прибыли для жительства кубанский атаман полковник Филимонов и кубанское правительство, а также депутация от Грузинской республики. Донской атаман вошел в тесные дружеские отношения с теми и с другими. Он искал союзников и помощников в жестокой борьбе с большевиками и главным союзником своим он считал генерала Деникина и Добровольческую армию и искал скорейшего свидания с генералом Деникиным.
14 мая атаман получил известие о том, что 15 мая генералы Алексеев и Деникин прибудут из Мечетинской станицы в станицу Манычскую и хотели бы иметь переговоры с атаманом.
15 мая донской атаман вместе с председателем совета управляющих и управляющим отделом иностранных дел генерал-майором А.П.Богалевским, генерал-квартирмейстером штаба Донской армии полковником Кисловым и кубанским атаманом Филимоновым отбыл на пароходе. Вольный казак из станицы Аксайской в станицу Манычскую, куда прибыл около часа дня. Около 2 часов дня туда же на автомобилях прибыли представители Добровольческой армии генералы Алексеев и Деникин, начальник штаба армии генерал Романовский, полковники Ряснянский и Эвальд. Тут же находился командующий донскими частями задонского района полковник Быкадоров.
В небольшой хате станичного атамана у разложенной карты с указанием расположения войск, произошла беседа, длившаяся до самых сумерек.
Прежде чем начать разговоры с атаманом генерал Денники предложил выслушать доклад только, что прибывших из Киева его агента полковника Писового и из Москвы господина Панченко. По словам этих лиц в Москве и в России начиналось сильное монархическое движение, народ жаждал царя, и большевистская власть была накануне крушения.
Атаман, а, по-видимому, генерал Деникин отнеслись к этому сообщению без особого доверия. Генерал Алексеев был совершенно больной. Езда на автомобиле его укачивала. Безучастно, закрыв глаза, он сидел за столом, облокотившись на ладони, и временами выходил из хаты. После доклада Писового и Панченко, когда они ушли, генерал Деникин начал в довольно резкой форме выговаривать атаману за то, что в диспозиции, отданной для овладения селением Батайск, было указано, что в правой колонне действует германский батальон и батарея, в центре – донцы, а в левой колонне – отряд полковника Глазенапа Добровольческой армии.
- Согласитесь с тем, что это недопустимо, чтобы добровольцы участвовали с немцами. Добровольческая армия не может иметь ничего общего с немцами. Я требую уничтожения этой диспозиции, - говорил генерал Деникин.
Атаман ответил, что уничтожить истории нельзя. Если бы эта диспозиция относилась к будущему – другое дело, но она относится к сражению, которое имело место быть 3 дня тому назад и закончилось полной победой отряда полковника Быкадорова и уничтожить то, что было, невозможно. Атман дал понять генералу Деникину, что он уже более не бригадный генерал, каким знал атамана на войне генерал Деникин, но представитель 5 000 000 свободного народа и потому разговор должен вестись в несколько ином тоне. Атаман рассчитывает и надеется на то, что цели преследуемые Войском Донским и Добровольческой армией, одни и те же – уничтожение большевиков. К этому же стремится и атаман Дутов с Оренбургскими казаками и чехословаками. Генерал Деникин заговорил о едином командовании и о том, что желательно поступление донских частей в Добровольческую армию. Атаман ответил на это, что единое командование можно осуществлять только при условии существования единого фронта.
Если генерал Деникин считает возможным со своими добровольческим отрядами оставить Кубань и направиться к Царицыну, то все донские войска Нижне-Чирского и Великокняжеского районов будут подчинены автоматически генералу Деникину. Движение на Царицын при том настроении, какое замечено в Саратовской губернии, сулит добровольцам полный успех. В Саратовской губернии уже начались восстания крестьян. Царицын даст генералу Деникину хорошую чисто русскую базу, пушечный и снарядный заводы и громадные запасы всякого войскового имущества, не говоря уже о деньгах. Добровольческая армия перестанет зависеть от казаков. Кроме того, занятие Царицына сблизило бы может быть, и соединило бы нас с чехославаками и Дутовым и создало бы единый грозный фронт. Опираясь на Войско Донское, армии могли начать свой марш на Самару, Пензу, Тулу, и тогда донцы заняли бы Воронеж…
- Я ни за что не пойду на Царицын, - сказал категорически Деникин, - потому что там мои добровольцы могут встретить немцев. Это невозможно.
- Но ручаюсь вам, - возразил атаман, - что немцы дальше Усть-Бело-Калитвенской станицы на восток не пошли и без моего приказа не пойдут.
- Все равно на Царицын я теперь не пойду, - упрямо сказал Деникин. – Я обязан раньше освободить кубанцев – это мой долг, и я его исполню.
Генерал Алексеев поддержал Деникина. Он считал, что направление на Царицын действительно создаст единый фронт, но вся беда в том, что кубанцы из своего Войска никуда не пойдут, а Добровольческая армия бессильна что-либо сделать, так как в ней всего около 2500 штыков. Ей надо отдохнуть, окрепнуть и получить снабжение, а Войско Донское должно ей в этом помочь. Кубань хотя и поднялась против большевиков, но сильно нуждается в помощи добровольцев. Если оставить кубанцев одних, можно опасаться, что большевики одолеют их, и тыл Донской армии будет угрожаем со стороны Кубани.
На совещании было решено, что Добровольческая армия пойдет вместе с кубанцами на Екатеринодар и только после освобождения его она может помочь донцам в операциях на Царицын. Таким образом, обе армии – Донская и Добровольческая – расходились по двум взаимопротивоположным направлениям: одна шла на север к сердцу России – Москве, другая шла на юг – к Минеральным Водам. Вопрос о едином командовании отпадал. Атаман настаивал на немедленном наступлении. Надо использовать настроение казаков, их порыв, надо воспользоваться растерянностью комиссаров.
Деникин отказал и в этом. После тяжелого похода Добровольческая армия нуждалась в отдыхе и пополнении. Ей необходимы были широкие квартиры и правильная организация тыла. Дон должен был снабдить Добровольческую армию всем необходимым и быть ее тылом.
Совещание велось к тому, что Добровольческая армия потребовала устройства лазаретов, госпиталей, этапных пунктов и вербовочных бюро в Ростове и Новочеркасске, потребовала оружия и снаряжения и взяла заимообразно 6 000 000 рублей у Войска Донского, обязуясь обеспечивать тыл Войска Донского со стороны Кубани. Кубанский атаман роли в совещании не играл.
Начать активные действия добровольцы и кубанцы могли только через месяц.
О союзниках не было сказано ни слова. К Украине и немцам генерал Деникин высказал самое непримиримое отношение и старательно закрывал глаза на то, что оружие и снаряжение для Добровольческой армии донской атаман может получить только из Украины, то есть от немцев. Этот вопрос был повернуть так, что на Украине остались громадные склады российской Юго-Западной армии. Добровольческая армия является прямою наследницей Юго-Западной армии, и потому Украина должна передать ей имущество складов. Про то, что эти склады были опечатаны немецкими печатями и к ним приставлены немецкие часовые, командование Добровольческой армии умалчивало.
Генерал Деникин потребовал немедленного присоединения отряда полковника Дроздовского к Добровольческой армии.
Со смутным чувством неудовлетворенности ехал донской атаман из Манычской со свидания с генералом Деникиным. Войско Донское стояло одно-одинешенько перед громадной задачей освободиться от большевиков и положить начало освобождению и самой России.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:30 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Генерал Деникин: тыловая крыса или политическая проститутка?

Обе столицы Войска Донского Ростов и Новочеркасск стали тылом Добровольческой армии. Это уже такой непреложный закон всякой армии, как бы строго дисциплинирована она ни была, что механически совершается отбор ее представителей. Все прекрасное, храброе, героическое, все военное и благородное отходит на фронт. Там совершаются подвиги, красотою которых умиленно любуется мир, там действуют чудо-богатыри Марковы, Дроздовские, Неженцевы, там красота, благородство и героизм. Но чем дальше отходишь от боевых линий к тылу, тем резче меняется картина. Все трусливое, уклоняющееся от боя, все жаждущее не подвига смертного и славы, но наживы и наружного блеска, все спекулянты собираются в тылу. Здесь люди, не видевшие раньше и сторублевого билета, ворочают миллионами рублей, и у них кружится голова от этих денег, здесь продают «добычу», здесь постоянно вращаются «герои», пользующиеся огромной популярностью в тылу и совершенно неизвестные на фронте. Фронт оборван, бос и наг, фронт голоден – здесь сидят люди в ловко сшитых фесках, в цветных башлыках, во френчах и галифе, здесь пьют вино, хвастают своими подвигами, звенят золотом и говорят, говорят. Там, в передовых окопах, про политику не говорят, о будущем не думают, смерть сторожит эти думы – здесь политиканствуют и создают такую окраску и физиономию, которой армия на деле не имеет.
В тылу лазареты с врачами, санитарным персоналом и сестрами. В тылу любовь и ревность. Раненные и больные часто бывают, капризны и требовательны и на правах раненных и больных позволяют себе весьма многое, оскорбляющее тех здоровых, которые отдали себя на служение им. Но настоящие раненные и больные не в счет, им это охотно прощают, но в лазаретах всегда бывает известный процент таких «раненых», которые никогда ранены не были, таких «больных», болезнь которых не найдет и не определит самый опытный врач. Эти «раненые и больные» приносят вино в лазареты, эти «раненые и больные» до глубокой ночи шатаются по городу и горланят песни, и управы на них нет нигде. Что может им сделать дежурная сестра, которая сама их безумно боится? Так было во всех армиях, так было и в Добровольческой армии. В Добровольческой армии вместе с идейными юношами шли шкурники, и эти шкурники прочно оседали в тылу и в теперь наводнили Ростов и Новочеркасск. И вот начались те тяжелые отношения между Доном и Добровольческой армией, которые бросались в глаза человеку вдумчивому. Сами армии были дружны военной дружбой, спаянной вместе пролитой кровью, то тылы ссорились и генерал Деникин и его окружающие, которые жили в тылу тыловой жизнью, поддались этому тыловому, враждебному Дону, настроению.
Войско Донское все, но особенно Новочеркасск, в эти весенние дни 1918 года жило особенно повышенною жизнью. Создавали ли это настроение постоянные победы Донской армии или та энергичная, «непульсирующая жизнь» проснувшегося народа, это была не обычная сонная жизнь глухого провинциального города.
Атаман восстановил старинный допетровский титул «Великое Войско Донское», и все Войско, - от казака до генерала подхватило этот титул. В Новочеркасске поспешно печатались свои уставы, широчайше распространялась история Войска, писал его географию, составляли особую хрестоматию. В школах и гимназиях после молитвы дружно пели православный «Тихий Дон», и гимн тот подхватывал и взмывал, как «Марсельеза». На школьных праздниках и ученических выступлениях неизменно фигурировало полное горячей любви к Родине стихотворение в прозе донского писателя Ф.Крюкова «Родимый край», и над ним плакали. Была мысль одеть Донскую армию в особую от русской форму, но этому воспротивились командующий армией, генерал Денисов и атаман. Над дворцом гордо реял сине-желто-красный флаг, и новочеркасские жители ходили им любоваться. Все это было «свое», особенно, новое, принадлежащее Всевеликому Войску Донскому.
Большевизму атаман противопоставил шовинизм, интернационалу – яркий национализм. Ездя по станицам и полкам, атаман везде говорил одно: «Любите свою великую, полную славы Родину – Тихий дон и мать нашу Россию! За Веру и Родину – что может быть выше этого девиза!
Что такое было Всевеликое Войско Донское для офицера Добровольческой армии? Донская область, Донская губерния и больше ничего. Казаки – 4-ые полки кавалерийских дивизий, штабная конница, прикрытие обозов и конвои – словом, презрительно-ласковое – казачки.
Тем, кто в сердце своем носил священное сине-бело-красное знамя великой и неделимой России, претил новый донской флаг. Немногие понимали значение его как переходного флага. Не понимал его и Деникин. Гимн донской для них был не гимн, но только песня. В Войске Донском была старая дисциплина со всем старым воинским ритуалом, со знаменами, встречаемыми звуками похода и с караульной службой, где часовой был лицом неприкосновенным. В Добровольческой армии была дисциплина новая упрощенная и бьющая на внешность, часто по офицерски распущенная.
А.А.Суворин пишет: «Нужно, чтобы в армии прямо и строго было поставлено требование доблести и чтобы она осталась истинно доблестной, какой она была при Корнилове. Но, чтобы быть прочною, доблесть эта должна иметь под собою опору дисциплины, которая вовсе не всегда непременно отсутствует доблести и именно о Добровольческой армии всегда можно было сказать: «Доблести много – дисциплины мало». Мне говорил один из генералов армии: «Когда в сторожевом охранении находятся солдаты, я уверен, что часовые не спят, но я не уверен в этом, когда в охране офицеры. И для утверждения дисциплины действительно благонадежной необходимо ввести в армии точное исполнение Устава внутренней службы. Без него все разговоры о дисциплине останутся только разговорами».
На Дону первым был отпечатан Дисциплинарный устав и сейчас же следом за ним Устав внутренней службы…
Атаман строго преследовал пьянство, и офицеров, замеченных в нетрезвом поведении, увольнял вовсе от службы без мундира и пенсии. И он, и особенно командующий Донской армией генерал-майор Денисов требовали не только полного соблюдения воинской дисциплины и порядка, но и форменной щегольской, насколько позволяли обстоятельства, одежды и благоприятного поведения в общественных местах. Разлад между Доном и Добровольческой армией начался с мелочей и пустяков, но вылился в тяжелые формы вследствие крайнего самолюбия Деникина.
Его постоянно раздражала мысль, что Войско Донское находится в хороших отношениях с немцами и что немецкие офицеры бывают у атамана. Генерал Деникин не думал о том, что благодаря этому Добровольческая армия безотказно получает оружие и патроны, и офицеры едут в нее через Украину и Дон совершенно свободно, но он видел в этом измену союзникам и сторонился от атамана.
В лице командующего Донской армией атаман имел блестящего помощника. Но горячий патриот генерал Денисов отличался резким, порывистым характером. Он был молод. Ему было 34 года, и когда генерал Деникин командовал дивизией, Денисов был всего капитаном Генерального штаба. Став командующим армией, Денисов установил отношения с генералом Деникиным, как с равным, и это коробило Деникина. Штаб Донской армии, богато снабженный и прекрасно оборудованный, щеголял точностью донесений, красотою исполнения схем, аккуратностью работ, чего нельзя было сказать про штаб Добровольческой армии, и Денисов зло смеялся, критиковал и иронизировал над Добровольческой армией.
В Новочеркасске, в Александровском саду, по приказу генерала Денисова действовало летнее гарнизонное собрание, куда могли приходить обедать офицеры с их семьями и где они могли иметь дешевую ( за 2 руб.50 коп.) и здоровую пищу. По вечерам там играл войсковой хор и пели войсковые певчие. Офицеры Добровольческой армии допускались туда на совершенно одинаковых условиях с офицерами-донцами. Добровольцы не раз устраивали там пьяные утехи со скандалами и, наконец, пустили по адресу Войска Донского «крылатое слово» - всевеселое Войско Донское. Денисов промолчал. Вскоре на одном вечере в присутствии Денисова и одного полковника из Добровольческой армии на Войско Донское стали жестоко нападать за его сношения с немцами.
- Но что же Войску делать, - сказал Денисов. – Немцы пришли на территорию его и заняли. Войску Донскому приходится считаться с свершившимися фактом. Не может же оно, имея территорию и народ, ее населяющий, уходить от них, как это делает Добровольческая армия. Войско Донское не странствующие музыканты, как Добровольческая армия.
Эти «странствующие музыканты» были переданы генералу Деникину и он в свое время припомнил это словцо Денисова. Когда Войско Донское начало свое сношение с союзниками, в штабе Деникина сказали: «Войско Донское – это проститутка, продающая себя тому, кто ей заплатил».
Денисов не остался в долгу и ответил: «Скажите Добровольческой армии, что если Войско Донское проститутка, то Добровольческая армия есть кот, пользующийся ее заработком и живущий у нее на содержании».
Это были мелочи. Но они разожгли самолюбие Деникина, и он стал добиваться удаления Денисова.
Генерал Деникин хотел, чтобы Войско Донское было Донскою областью с некоторой автономией, он не соглашался признать Донскую армию, не желал иметь донские полки там, где они понадобятся; он решительно шел к тому старому режиму, о котором при обстоятельствах теперешнего момента атаман не мог и заикнуться. И Деникин стал во враждебные отношения к атаману, считая его главным виновником шовинистической политики Дона.
Но пока у Донского Войска на фронте была 60 000 армия, а у него вместе с кубанцами начитывалось 12 000, пока все снабжение шло через донского атамана, взявшегося быть посредником между Украиной и немцами, с одной стороны, и Добровольческой армией, с другой, Деникин молчал и только окружающие его готовили грозную кампанию против генерала Денисова, атамана и всех донских патриотов. Они стремились свалить Войско Донское и впоследствии при помощи союзников они свалили его… но в результате погубили последний ресурс в своей борьбе. Как только война перестала быть национальной народной, она стала классовой, и как таковая не могла иметь успеха в беднейшем классе.
Казаки и крестьяне отпали из Добровольческой армии, и Добровольческая армия погибла. Говорят об измене казаков Деникину, но нужно посмотреть, кто изменил раньше: казаки – Деникину или Деникин – казакам. Если бы Деникин не изменил казакам, не оскорбил бы жестоко их молодого, национального чувства, они не покинули бы его. И прав был атаман, когда в числе своих врагов ставил и генерала Деникина. Генерал, быть может, сам того не понимая, работая на разрушение Донского войска, рубил сук, на котором сидел…
Все так… По крайней мере так утверждают источники… А что же говорят сами непосредственные участники событий?


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:32 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Дневники генерала. Запись 1. Сибирь.

По причинам географическим и политическим антибольшевистское движение в Сибири родилась и протекало в условиях, сильно отличных от Белой борьбы в Европейской России.
По времени оно началось позже, а кончилось раньше, чем то было в Добровольческой армии, размах ее был много менее широкий, а временные достижения – менее блестящими. Ведь Добровольческая армия, достигнув Тулы и Орла, стояла почти у самых ворот Москвы, а Северо-Западная армия с занятием Павловска находилась почти у самого Петрограда.
Тем не менее, вне всякого сомнения, Сибирской борьбе надлежит отвести первенствующее место, ибо только в Сибири было создано правительство Всероссийского масштаба, занявшее командующую позицию в отношении других фронтов и антибольшевистских формирований. Такое положение явилось следствием целого ряда причин. Во-первых, все русские представители за границей безоговорочно признали Сибирское правительство как верховное для всей России; во-вторых, у Сибирского правительства была собственная территория, свободная от большевиков, с населением, в массе своей настроенном антибольшевистски. В-третьих, в Сибири была создана армия по нормальному типу, не зависевшая в своей численности от большего или меньшего числа желающих добровольно вступить в войска. В-четвертых, Сибирь была непосредственно связана с союзниками и могла бы широко пользоваться их поддержкой не только в материальном отношении, но и живой силой. В-пятых, и это было, пожалуй, самым важным; в Сибири случайно оказался весь золотой запас Государства Российского, т.е. могучее средство всякого управления и ведения войны в особенности. Совсем иное положение создалось в Добровольческой армии. Своей территории, как я уже сказал, у нее не было, ее надо было или завоевывать у большевиков или пользоваться гостеприимством казаков, которые, собственно говоря, только терпели добровольцев, то тщательно отстранялись от них в области своего внутреннего управления. В неказачьих районах только городское население с радостью встречало добровольцев как избавителей от красного ига; большинство крестьянства и поголовно все рабочие были на стороне большевиков, потому что видели в добровольцах опасность возврата к старому режиму, а больше всего боялись, что они заставят вновь идти на войну против немцев.
Ни денег, ни материальных ценностей у добровольцев не было; каждую пушку, каждый патрон надо было брать с боя у противника. Не только не было денег, но и печатать бумажки было негде. Да и от чьего имени можно было их выпускать? По праву завоевателя командование Добровольческой армии могло, конечно, считать себя правительственной властью, но осуществлять эту власть, построить действительное и действенное управление было делом нелегким, да оно и не давалось до конца существования Добровольческой армии. Не в ее пользу складывался и вопрос о первоначальном возглавлении движения. Генерала Алексеева, зачинателя Белой борьбы, знала лишь русская интеллигенция, и то, как начальника штаба в Ставке; ни как полководец, ни как сильный духом и волей генерал во время революции и разрухи армии он не выдвинулся. Генерал Корнилов стал широко известен со времени своего выступления против Керенского, но для солдат, рабочих, и, пожалуй, для крестьян эта известность носила одиозный характер. Генерала Деникина вне военных кругов никто не знал. Между тем каждому понятно, какое значение имеет имя вождя в гражданской войне. Сибири и с этой стороны посчастливилось, так как адмирал Колчак, возглавлявший сибирскую власть, был широко известен не только в России, но и в Европе, и в Америке. Совокупность всех приведенных данных создавала для Сибири исключительно благоприятную обстановку для антибольшевистской борьбы, делала Сибирский фронт важнейшим и не без основания позволял в то время ждать спасения России именно из Сибири.
Коль скоро эти упования не оправдались и борьба кончилась для нас весьма печально, то, казалось бы, не стоило и вспоминать о ней, чтобы не растравлять в сердце все еще не зажившие раны. Однако неблагодарный удел истории заключается в том, что она занимается не только счастливыми событиями, но реагирует на незадачливые минуты в жизни народов.
Поэтому Сибирской Белой борьбе должны быть отведены соответствующие страницы истории, а для нас, современников, эти страницы должны приобретать сугубый интерес, если только мы сумеем пойти наперекор общеизвестному правилу, что история никого ничему не учит. Имея в виду эту предпосылку, я постараюсь очертить не только то, что сделало Сибирское правительство в борьбе с большевиками, но и указать, что оно могло бы сделать при его средствах, чтобы придти к другим результатам и оправдать возлагавшие на него надежды.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:33 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Запись II. Адмирал.

Прежде чем приступить к изложению событий Сибирской Белой Борьбы, справедливо сказать несколько слов об адмирале Александре Васильевиче Колчаке.
Как человек адмирал Колчак, несомненно, заслужил в полной мере наименование рыцаря без страха и упрека, никогда и ничего лично для себя не искавшего и отдавшего всего себя на служение Родине. Думая о Колчаке и его неожиданном и очень быстром выдвижении во время войны, я как то невольно вспоминаю Кондратенко, героя Порт-Артура, и напрашивается сравнение Колчака с ним.
Оба, одинаково скромные, одинаково до войны никому не известные, оправдали пословицу, что война родит героев, хотя нынешние войны с их пустыми полями сражений, казалось бы, не дают простора для проявления личного геройства старшим начальником. Перед зарывшимися, как кроты, в землю войсками и при неизбежности руководства боем по телефону стало неосуществимым появление на белом коне Наполеонов, Суворовых, Скобелевых, что прежде всего и создавало популярность полководцу. Разумеется, ни Кондратенко, ни Колчак не появлялись на белом коне перед войсками, и все же именно им довелось сделаться героями войны. Кто знал Кондратенко до Порт-Артура? Никто. Большой и очень чуткий человек того времени М.И.Драгомиров, посвящая статью смерти Кондратенко, начал ее так: «Прошел ты мимо меня и я тебя не заметил». Вот так же точно не заметил бы никто и Колчака, не случись обороны Балтийского и Черного морей в последнюю войну, когда он из скромного штабного офицера вдруг выдвинулся на первые роли своей необычайной энергией, исключительным знанием дела и смелыми до дерзости решениями. Что особенно его отличало - это отсутствие шаблонности. Вспомним, как было эффектно и по-военному удачно его вступление в командование Черноморским флотом. Все ожидали от него обычных смотров, объезда судов, подбадривающих приказов и традиционных визитов на берегу. Вместо этого он прямо из купе вагона сел на судно и вывел флот в море для исполнения боевой задачи. Прием, не задуманный в кабинете; с ним надо родиться, и в нужную минуту он сам собою должен вылиться из души. Это талант от Господа Бога. Вот так же точно когда-то в 1805 году, старый морской волк Нельсон, когда весь его флот напряженно ждал сигнала для начала Трафальгарского боя, вдруг поднял самый мирный сигнал – «адмирал показывает полдень», т.е. проверьте ваши часы. Пустяк, скажут профаны, кому был нужен этот полдень, для многих последний, ибо следующий – их ждал уже на том свете. Нет, не пустяк, а эпическое спокойствие и магическое воздействие на души подчиненных; его надо не только носить в себе, но еще уметь в минуту необходимости передать другим. Нельсон этим умением владел в совершенстве, посему, начав с показания полудня, он поднял затем величественный в своей простоте сигнал для боя: «Старая Англия ожидает, что каждый из ее сыновей исполнит свой долг». Сам Нельсон исполнил его до конца: он разбил наголову французов, а следующий полдень встретил там, откуда еще никто не возвращался.
Ну, а разве не величественен был жест Колчака, когда он выбросил в море свое георгиевское оружие, которое взбунтовавшаяся матросня хотела у него отобрать: «Не от вас я его получил, не вам и отдам», - сказал адмирал, не думая, что за этим жестом мог легко наступить его черед быть выброшенным за борт. Если этого не случилось, то только потому, что величие духа действует, очевидно, даже на взбунтовавшихся роботов. С такой же твердостью, с таким же мужеством встретил он смерть в Иркутске, завершив этим моментом конец крестного пути, который выпал на его долю. 18-го ноября 1918 года, помимо своего желания, он принял предложенные ему бразды правления.
Считаю бесполезным перечислять даты рождения и получения Колчаком чинов, орденов и должностей – ни для истории, ни для характеристики личности покойного адмирала это роли не играет. Всякий адмирал в свое время был мичманом и лейтенантом, но ни один до Колчака не был Верховным Правителем Государства Российского, а это-то и составило важнейший этап его жизни. Стоять 13 месяцев у руля государственного корабля посреди бушевавшего моря русской жизни было, конечно, неизмеримо труднее, чем править настоящим кораблем, идущим в бурную ночь атаковать врага. Когда будет писаться история нашей революции, исследователи минувшего, несомненно, найдут множество ошибок в деятельности Колчака как правителя, но одного они никогда не найдут: злой воли или себялюбия. С этой стороны Колчак кристально чист: до конца своих дней он оставался чистым идеалистом и убежденнейшим рабом долга и служения Великой России.
При оценке деятельности лиц, еще недавно игравших значительную роль, мы, русские, особенно в беженстве находящиеся, несомненно, ударяемся в две крайности: то огульно порицаем, то неумеренно восхваляем, в зависимости от того, к какому лагерю принадлежал и тот, о ком говорится, и тот, кто говорит. Середины никогда не оказывается. Для нашего времени, может быть, это и законно. Когда на людей сваливаются большие несчастья, им все начинает казаться в мрачном свете, у одних обостряется жажда критики и искания виновных, другие для самоутешения начинают собственным воображением создавать героев и делают из событий совершенно произвольные выводы. Вот почему теперь, когда наши несчастья чувствуются еще так остро, фигура адмирала Колчака не получила должного озарения. Но минуют годы, пройдет полоса нашего лихолетья, разбушевавшееся русское море войдет в свои берега, и тогда, вероятно, не мы, но наших дети увидят в Кремле ли, то ли на Урале, памятник адмирал Колчаку с надписью: «Погиб за честь и благо Родины, которую любил превыше всего».
Преклоняясь перед рыцарским образом адмирала Колчака, я отнюдь не собираюсь его канонизировать и находить бесспорным все, что он делал как Верховный Правитель. Мне придется в порядке изложения указать на многие его промахи и особенно на одну его колоссальной важности ошибку, из-за которой, быть может, погибло Сибирское дело, и Россия не обрела своего спасения через Сибирь. Но и при этом я никогда не упущу из виду, что не вина Колчака, если он – выдающийся моряк – оказался совсем не сведущим в военно-сухопутном деле и вынужден был слушать советы других, которые оказались не на высоте задачи. Не его также вина, что на его плечи свалилось огромнейшее дело, требовавшее большого и всестороннего опыта по гражданскому управлению, какого опыта у него быть не могло, не оказалось у его помощников, которые уже стояли у власти до него. Он не искал власти, она сама к нему пришла вследствие ореола, которым было окружено его имя задолго до того, что он случайно оказался в Омске в момент избрания диктатора. Трагедия Колчака, а вместе с ним и трагедия России явилась результатом чрезвычайно сложной и запутанной обстановки и совокупности самых разнородных сил, тянувших общее дело в разные стороны. Вполне вероятно, что такой всеобъемлющий гений как Наполеон, сумел выйти с честью и из таких обстоятельств, но ведь Наполеоны не появляются и раз в тысячелетие. Колчак им не было, а обстановка, в которой ему пришлось действовать, оказалась во сто крат сложнее, чем та, с которой столкнулся Наполеон в начале своей головокружительной карьеры. Одновременно с Колчаком на юге России действовал сухопутный генерал Деникин, в полной мере искушенный в ратном деле и окруженный плеядой старых опытных генералов и сливками государственных и общественных деятелей. Но и он не преуспел. Значит, были какие-то общие неумолимые причины нашего неуспеха на всех фронтах Белой борьбы. Это обстоятельство должно быть учитываемо при оценке деятельности адмирала Колчака.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:34 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Запись III. Как это было

В 1914 году в августе месяце, когда и без того призрачная власть Керенского сошла совсем на нет, Сибирь решила сделаться автономной, по примеру Украины, и выбрала свою собственную Думу, получившую на сокращенном телеграфном языке неблагозвучное имя Сибобал-дума. Движение велось социалистами-революционерами, и только из своей среды они производили выборы. До созыва Думы были выбраны 14 министров с неким Дербером во главе. Цензовые элементы ни в Думу, ни в министерство допущены не были. Приход большевиков к власти не дал возможности организовать Сибирского правительство, министры бежали во Владивосток, оттуда переехали в Харбин и поселились на вокзале в вагонах. Без территории, без денежных средств и без подданных, они все продолжали считать себя Сибирским правительством. Во время революций возможны всякие курьезы и открывается широкий простор для жаждущих приобрести хоть ненадолго высокое звание.
У большевиков в Сибири в это время вне городов тоже не было никакой власти, так что население управлялось само собою при помощи выборных комитетов. Члены комитетов выбирались в каждом селении и являлись одновременно властью законодательной, исполнительной, распорядительной и судебной. Судьи были анонимны во избежание мести, так как за нарушение установленных правил виновные из населения приговаривались всегда к одной и той же мере наказания - розгам. Этим способом поддерживался в деревнях порядок и возможность общежития.
Д.В.Филатьев. Генерального штаба генерал- лейтенант ординарный профессор Николаевской военной академии. Франция, май 1932 года.

Полагаю, (хотя возможно и ошибочно), что данного свидетельства генерала Филатьева для данного «Дела» достаточно. Полный дневник его высокопревосходительства заинтересованные лица могут найти, взяв в руки книгу «Гражданская война в России», издания 2005 года.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:35 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Большевизм – социальная болезнь ХХ века.

«Семеновцы, цесаревич, Павел 1, Краснов, Деникин, Колчак… Все это конечно хорошо, господин адвокат, но что же вы ничего не говорите о большевиках? Можно подумать, вы предубеждены».
Так могут спросить судьи. Они будут вправе спросить так, и, предупреждая этот вопрос, я сам себе задал его и сам же отвечу…
«Дело», предлагаемое вниманию господ (или товарищей) судей, серьезно, масштабно, туго набито фактами, многие из них уникальны своей новизной, подчас невероятностью. Это своего рода исследование раковой опухоли большевизма, которая беспощадно уничтожала поколение за поколением во всем мире и прежде всего в России.
Те несколько эпизодов, представленные мною вниманию суда до этого, по сути своей должны были подготовить суд к этому делу против большевизма и коммунизма, которое ваш покорный слуга готовил всю свою жизнь.
«Откуда у вас, господин адвокат, такой обширный материал, ведь вы так молоды?» - может спросить суд.
«Он родился из ненависти и истины», - отвечу я. – О, прошу, не спешите согласно закону, отстранять меня от дела. Закон законом, но существуют особые обстоятельства. Да, я всю свою сознательную жизнь люто ненавижу большевиков и коммунистов. Сказать за что? Если я скажу вам это, боюсь, суд перестанет быть объективным, ибо начнет ненавидеть их так же, как я.
Что же за явление – большевизм, основанный В.Ульяновым в 1903 году?
Задумается над таким простым фактом. В ХХ веке 5 раз менялось название страны на политической карте мира – Российская империя (до 1917 года), Российская Республика (1917 год), РСФСР (1918-1922 год), СССР (1922-1991), Российская Федерация, Россия (с 1993 года). 5 раз меняли мы гимн: «Боже, царя храни…» (до 1917 года), «Марсельеза» (1917 год), «Интернационал» (1918-1944), «Союз нерушимый» (1944-1991), песня без слов (1993-2001), и новый вариант старого гимна – слова С.Михалкова, музыка Александрова ( с 2002 года).
Резали, кромсали административно-территориальное деление страны, переименовывали города, некоторые по несколько раз, дошли до абсурда: Ленинградская область с центром Санкт-Петербург, Свердловская область с центром Екатеринбург и т.д..
О чем это говорит? Ставлю отточие… Ленин в начале века патетически воскликнул: «Дайте нам партию революционеров, и мы перевернем Россию!».
Перевернули. Поставили с ног на голову. Что получили? Ничего, зато потеряли целое столетие. На то же столетие отстали от цивилизованных стран. Убиты десятки миллионов людей. Страна – нищая, отсталая, нация биологическая вырождается. И перспективы выздоровления страны и нации отнюдь не радужны. Почему? Потому что наше общество пусть еще не смертельно, но уже запредельно отравлено ложью. Мы все еще продолжаем жить в каком-то кошмарном сне. Боремся за свободу, а живем по-советски.
Самое ужасное, что существует на белом свете, - это извращение прекрасного. Большевистский режим родился из революционной решительности, на словах вдохновляемой гуманистическими идеалами. Ленинцы были убеждены, что только насилие является универсальным и единственным средством осуществления этих идеалов.
Большевизм и фашизм – две стороны одной и тоже медали. Медали вселенского зла. Целью большевистского террора было создание якобы идеального бесклассового общества, идеологически чистого, как дистиллированная вода. Гитлеровский террор был более предсказуемым: очистить для начала Европу, а затем и весь мир от неполноценных народов, прежде всего славян и евреев. Славяне и евреи, затем желтые и черные – это ясно и понятно: на планете Земля должны жить только белокурые бестии.
В политическом завещании Ленина, которое затем стало 58-й статьей Уголовного Кодекса СССР 1926 года, первый пункт определял любое действие или бездействие, служащее ослаблению власти, преступлением. Вместо презумпции невиновности – презумпция виновности. Ибо, «кто не с нами, тот против нас». Люди с первого дня гражданской войны, развязанной Лениным, стали жить в условиях тиранической, уголовной анархии. Кажется, несовместимы эти понятия – чудовищная деспотия и анархия. Увы, это было так. Любой негодяй-чекист мог единолично приговорить к смерти любого классового неполноценного, по его определению, человека. Сталин, «демократизировал» этот процесс, упорядочил уголовную анархию, доведя число негодяев до «троек». Именно благодаря анархии преступная власть стала как бы невидимой и всегда праведной. Власть хорошая, люди плохие. В итоге высшим средством созидания стала борьба всех со всеми и за все. Вспомним эту абсурдистику. В СССР боролись с буржуазной идеологией и традицией, боролись за повышение производительности труда и партийности искусства, за «нового человека» и с пережитками прошлого… вели нескончаемые «битвы за урожай, за сверхплановый выруб леса и распашку целины, за 100% коллективизацию и за «мир во всем мире»…
Гитлеризм кристально ясен, как бандит-насильник. Фашисты демонстративно сжигали книги на площадях, коммунисты сожгли их в сотни раз больше, но тайно, по списочкам, с обязательной точностью. Кстати, сжигание книг, прежде всего Библии, Корана, произведений Достоевского, сотен других авторов, началось по инициативе Крупской, жены Ленина.
Как известно, все режимы, в том числе и демократические, во время войны прибегают к «информационной автаркии», ограничивают распространение информации, свободу передвижения людей и идей. Большевизм это сделал политической константой мирного времени. Радиоглушители, свирепость цензуры доходила до абсурда, выезд за границу был закрыт, жены неверных мужей бегали в парткомы, где их, неверных мужей, «воспитывали». Не случайно же Ленин запретил все «буржуазные» газеты, издавались только коммунистические. Партия решала, какие книги читать, какие песни петь, о чем говорить, как говорить и зачем говорить.
Контроль над информацией и закрытие границ, ГУЛАГ и беззаконие, прочие издевательства над живой жизнью служили тому, чтобы псевдореальность воспринималась людьми как подлинная реальность. Перевоспитание масс было доведено до такой степени, что люди перестали «быть», а начали «казаться», играть верноподданническую роль везде и во всем. В миру нельзя было показать, что ты не веришь своим глазам и ушам, что белое – это черное, с языка рефлекторно срывалась одна ложь. Житие во лжи стало обязательно-принудительным, и потому набатно-солженицынское «Жить не по лжи» стало национальной идеей по демонтажу тоталитаризма; хирение и вырождение последнего стало явью во времена гласности, столь памятной многим. Советский союз после гитлеровского разбоя – все эти ужасы, даже вместе взятые, не идут ни в какое сравнение с тем, что представляла из себя наша Родина после 7 неполных лет ленинской тирании. Россия и ее народ были ограблены до нитки.
Золото, бриллианты, валюта были прикормлены высшей партийной кастой для «мировой революции», но прежде для самих себя.
Физически было уничтожено дворянство. Уничтожено купечество, предприниматели, интеллигенция, цвет армии – офицерство. Перебиты миллионы крестьян, стерт в порошок рабочий класс, от имени которого якобы и вела свои бандитские дела ленинская шайка.
Экономика развалилась. Погиб лучший в мире речной флот, гордость российского купечества. Замерил, заросли бурьяном лучшие в мире железные дороги. Порушены, превращены в прах лучшая в мире банковская система. Разграблены и изничтожены тысячи лучших в мире аграрных хозяйств, в которых производительность труда и урожайность были выше, чем в Западной Европе и Америке. Замерла лучшая в мире система народного образования, созданная Александром П и усовершенствованная Столыпиным.
Среди большевиков Сталин был хитрее всех, коварнее всех, рассчитывал свои действия на годы веред, знал тюремную и ссыльную жизнь, обладал невероятной, фантастической памятью, натренировался читать тексты фотографически, терпеть не мог ни оппонентов, ни конкурентов, в чем схож с Лениным, виртуозно матерился, в быту был скромен, осмотрителен, патологически ненавидел революционеров всех мастей, в том числе и своего учителя Ленина, особенно жену Крупскую Н.К.. Но как законченный циник и прагматик, лучше других понимал, что в единоличные вожди можно въехать только на спине Ленина, поэтому объявил себя лучшим его учеником, продолжателем дела, вбил в мозги партийцев, что «Сталин – это Ленин сегодня». В истории не было большего руссконенавистника, русофоба, чем Ленин. К чему бы он ни прикасался, все превращалось в кладбище. В человеческое, социальное, экономическое… Все ограблены – и живые, и мертвые. Ограблены даже могилы. Все разворовано. Все оболгано. Все уничтожено. Так завершилось величайшая афера, спланированная германским генеральным штабом и лично фельдмаршалом Людендорформ, наставником и кумиром Гитлера.
Поскольку весь марксизм был построен на «религии классовости», прежде всего нужно было отменить религию истинную. И Маркс, и особенно Ленин, родившийся в многонациональной и разнорелигиозной Империи, понимали, что, загнать человечество в рай «коммунизма» можно только исключительно насилием, в том числе и духовном, создано монорелигию атеизма для всех.
Ленин – патологический мракобес религии атеизма. Почему мы забываем о мега-мракобесии марксизма-ленинизма? Разве не первым в мире патриарх Тихон уже 19 января 1918 год предал анафеме большевиков и страстно призвал верующих «не вступать с извергами рода человеческого в какое-либо общение»?
Ущербность всей советской и постсоветской марксологии, как истинной, т.е. критической, так и мнимой, т.е. апологетичной, просматривается в ее запредельно материалистическом уклоне, атеистической предрасположенности. Все то же топтание на марксовом информационном поле. Все одни и те же: Гегель, Фейербах, Кант, Пассаль.
Идеологический монополизм обеспечивал всеобщий контроль за всеми и каждым. Умы и души идут по тому же разряду, что и вещи. Несогласные уничтожаются или изолируются. Свободный труд, свободная мысль, свобода слов упраздняются. Поиск истины под запретом. Наука и искусство большевизируются. Более того, в ранг идеологических сфер переводятся агрономия, медицина, электроника – все и вся.
В системе «моновласть-монособственность» отрицательные обратные связи (мнимая информация) считаются положительными. Отсюда чудовищное искажение действительности, статистическое строительство «рая земного». Юридически нормы подменяются инструкциями и предписаниями, верховенство права – верховенство политической власти снизу доверху.
Поскольку нравственно лишь то, что служит построению коммунизма, трудовая и интеллектуальная селекция заменяются политико-идеологической, карьеристской.
Практика большевизма усиливала вредоносность феодального атавизма о делении труда на производительный и непроизводительный, на «чистый» и «грязный», престижный и непрестижный.
Экспроприация средств производства, передел чужого имущества не только не делали трудящихся богаче, напротив, в силу неумолимой логики экономического развития и законов морального возмездия привели к унизительному люмпенству. Экспроприация деформировала психику, сознание людей. Она подорвала стимулы к труду, размыла ответственность людей за собственное благосостояние.
Пролетарский интернационализм, с которым марксизм связывал большие надежды, и прежде всего решение национального вопроса, преодоление национального эгоизма, расизма, шовинизма, антисемитизма, привел к противоположным результатам.
Как выяснилось, большевизм, освобождающий человека от ответственности за свое экономическое и социальное мышление, делает его податливым к ультранационалистической идеологии. Националистический экстремизм, будучи одной из форм современного фашизма, словно смерч, сметает все на своем пути, оставляя за собой развалины.
Участие трудящихся в Октябрьском перевороте и вызванной им гражданской войне не только не очистил их от «старой грязи», а, напротив, озлобило их, надломило духовно и морально. Взаимная нетерпимость приобрела характер массового психического заболевания. Революция оказалась не праздником справедливости, а вакханалией мести, зависти, расправы…
Возведя нетерпимость и ненависть в государственную идеологию, большевизм сделал все возможное и невозможное, что бы превратить людей в соучастников вандализма.
Люди всегда творили преступления. Творили их и организованно, и спонтанно, не такой преступной власти, которую породил большевизм, в истории не было. И все под прикрытием заботы о всем человечестве.
Террор – вот путь переделки человеческого материала во имя будущего. С точки зрения человеческой, этому названия просто нет. Трудно синтезировать в одно понятие социальный каннибализм, каинизм, геростратство, иудин грех в своем законченном развитии – от предательства Учителя за предательства Отца, что и Святому Писанию неведомо.
Пренебрежение к конкретному человеку большевики полностью взяли из марксизма. Но не только. Были и свои, российские, традиции-нигилизм, нечаевщина, анархизм.
Маркс, в конце концов, отбросил рассуждения о гуманности в любви, которые были в первых его произведениях. Он уже не говорит о моральной справедливости, хотя беспрерывно морализирует, изобличая и осуждая своих врагов. И все это выросло в утверждение, что нравственно все, что соответствует интересам революции, пролетариата, коммунизма. Именно с такой моралью и расстреливали заложников в гражданскую вону, уничтожали крестьянство, строили концентрационные лагеря, переселяли целые народы.
Примат иллюзорного будущего над человечностью давал полную свободу не стесняться в средствах, быть по ту сторону добра и зла, когда дело шло о власти, насильственных действиях, репрессиях и тому подобном. Действительные ценности – доброта, любовь, сотрудничество, солидарность, свобода, верховенство закона и т.д. оказались непригодными, излишними, они ослабляли классовое сознание.
Есть раны, которые не заживают. Как могло случиться, что миллионы ни в чем не повинных людей были уничтожены по прихоти небольшой группы преступников, а еще миллионы были обречены на бесконечные страдания, сказавшись изгоями общества, жертвами злой государственной машины?
И все это при молчаливом или шумливом одобрении других миллионов, сбитых с толку и едва ли отдающих себе отчет в том, что они тоже принадлежат к расстрелянному поколению.
Трагедия не только в мертвых, но и в живых.
Миллионы людей честно трудились, радовались, были счастливыми, растили детей, мечтали о лучшем будущем. Они верили в это будущее и отвергали тех, кто, как им внушалось, мешал быстрому бегу к этой вожделенной минуте счастья.
Проклятые времена, но и времена противоречивые, с разделенными сердцами и душами, с совестью, исковерканной лживой верой.
Нынешний большевизм – красно-коричневый. Он рвется к полной власти с остервенением маньяка. Способ захвата все тот же – тотальная ложь. Ложь о гибнущей России, потерянном рае, о «великих завоеваниях социализма». Как в свое время Ленин лгал и клеветал на все, что мешало ему захватить власть, так и сейчас оппозиция все и вся представляет исключительно в негативе. Все в тех же ленинских традициях. Геббельс только повторил Ленина, требуя былинной клеветы на все тот же «проклятый» демократический Запад.
Кто виноват, что в России вселенский бардак? Кто его выправил? Выпестовал, взлелеял? Абсолютно полное экономическое ничтожество большевиков засеяло все пространство и время нашего бытия миллионами микро-и макро-чернобылей. Пространством – от Калининграда до Чукотки, временем – 70 годам с гаком с 1917 года. С приходом Ленина к власти и с приходом военного коммунизма.
Возродиться на большевистском пепелище, а тем более построить гражданское общество неимоверно трудно, ибо прощание с ленинским-сталинским фашизмом слишком затянулось. Прорыв к свободе обременен не терпимостью, кровью, пренебрежением к человеку, всеобщим доносительством и всеобщим притворством, потому в результате и получается нечто несуразное, топкое, скользкое. Официальные догмы большевизма жестко и неукоснительно диктуют политику насилия как «повивальной бабки истории», насильственных революций как «локомотива истории», классовой борьбе вплоть до полного уничтожения одного класса другим; диктатура пролетариата; уничтожение частной собственности; отрицание правового государства и гражданского общества; попрания прав наций и прав человека; отрицания семейного воспитания; установление мировой империи коммунизма.
Это вероучение, несмотря на доказанную историей теоретическую абсурдность и практическую несостоятельность, дышит и сегодня. Оно мимикрирует, извивается, приспосабливается, крутит хвостом во все стороны. Будучи злейшим врагом демократии, большевизм активно паразитирует на ее принципах с тем, чтобы захватить власть, похоронить демократию, как это уже случилось после октябрьской контрреволюции в 1917 году. Еще вчера большевики – «последовательные интернационалисты», а сегодня – национал-патриоты. Теперь пролетариат – уже не богоизбранная, национальная и единственная секта, признанная владеть миром, а всего лишь соборные трудящиеся, которые, согласно очередному мифу национал-большевиков, связывают с ними национал-патриотические надежды на спасение России. Итак, одна секта –интернационал-большевистская – без особых церемоний превращается в другую – национал-патриотическую.
Еще вчера они – воинствующие безбожники, уничтожающие храмы и расстреливающие священников, сегодня – не моргнув глазом, перекинулись в радетели религии. Еще вчера частная собственность была для них воплощением социального зла и смертельным грехопадением, а сегодня – они сами с жадностью хватают все, что плохо лежит.
Еще вчера, будучи у власти они физически истребляли всех инакомыслящих, а сегодня живописуют себя чуть не главными защитниками свобод и конституционности.
И прочее, и прочее, чему предел за горизонтом.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Ср сен 15, 2010 18:38 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2009 8:40
Сообщений: 3582
Откуда: Красноярск
Но все эти увертки, клоунады с идеологическим переодеваниями, как и прежде, пропитаны ритуальной ложью и корыстью. Узнай Ленин о подобных перевоплощениях, он в гробу бы перевернулся, хотя сам переделывал марксизм, который, по Марксу, бродяжничал по Европе.
Впрочем, тут своя, большевистская, логика, основанная на принципах революционной целесообразности и процитированной диалектики. В начале прошлого столетия большевизм во имя химеры мировой пролетарской революции превратил Россию в свою экспериментальную колонию, а народы России – в подопытное селекционное стадо для выведения особой породы человека. Результат известен: Россия облилась кровью и отстала, а народ ее поставлен на колени. Ради той же неутомимой жажды власти на крови большевизм готов сегодня продать за власть и свое капище: всесильное и непобедимое марксистско-ленинское учение».
Как и многие десятилетия назад, большевизм с его основными политическим игроками и трубачами – РСДРСП(б), ВКП(б), КПСС и КПРФ, вместе с другими группировками, включая фашистские, является преградой к прочной свободе человека и зрелому демократическому устройству в России, источником раскола и политической нестабильности, неутихающего страха.
С точки зрения их «вождей», нынешняя власть – это режим «национальной измены», оккупации, «национального предательства», «кремлевских власовцев». Продолжая питаться агрессией, взращенной за 7 десятилетий их же властью, равно как и растерянностью людей в условиях быстрых общественных перемен, большевики упорно ведут дело к новому социальному взрыву и гражданской войне.
Спросим себя, почему и откуда идут наша нервозность, наш страх сегодня? Да потому, что Ленин и Сталин все еще живы, что идеология взаимной неприязни и подозрительности, равенства в нищете, иждивенчества продолжает угнетать нас, эксплуатировать нас, не дают разогнуться согбенным спинам, мешает свободному дыханию. Идеология нетерпимости целенаправленно превращена большевиками в государственную. И вот многие десятилетия мы ожесточенно боремся, не ведая ни милосердия, ни сострадания, не жалея ни желчи, ни чернил, ни ярлыков, ни оскорблений, ни детей наших, ни внуков, не страшась Бога, лишь бы растоптать ближнего, размазать его, как грязь, испытывая при этом сладостное удовлетворение.
По меркам истории, Россия очень быстро идет к обретению свободы – этой полной идеологии человека и его всеохватной религии.
Но путь к торжеству свободы России может быть прерван в любой день, если не поставить вне закона большевистскую идеологию человеконенавистничества, всеобщей борьбы, равно как и организации, исповедующие насилие, агрессивный национализм и национальную рознь, расизм, антисемитизм, шовинизм. Только излечившись от большевизма, Россия может рассчитывать на сегодняшнее и грядущее здоровье и благополучие.
Большевизм не должен уйти от ответственности за насильственный и незаконный государственный переворот в 1917 году и начавшуюся вслед за ним политику «красного террора».
Большевизм не должен уйти от ответственности за развязывание братоубийственной гражданской войны, в результате которой была разрушена страна, и в ходе бессмысленных и кровавых боев было убито, умерло от голода, эмигрировало более 13 миллионов человек.
Большевизм не должен уйти от ответственности за уничтожение российского крестьянства. Попраны нравственность крестьянской России, ее традиции и обычаи. Производительные силы деревни подорваны у нас настолько, что и сегодня страна закупает прокормление за рубежом. До сих пор власти не дают крестьянам землю. В наши дни думские большевики упорно блокируют решение земельного вопроса, понимая, что без этого любые реформы обречены на провал.
Большевизм не должен уйти от ответственности за уничтожение христианских храмов, буддистских монастырей, мусульманских мечетей, иудейских синагог, молельных домов, за расстрелы священнослужителей, за гонения на верующих, за преступления против совести, покрывшие страну позором.
Большевизм не должен уйти от ответственности за уничтожение традиционных сословий российского общества – офицерства, дворянства, купечества, коренной интеллигенции, казачества, банкиров и промышленников.
Большевизм не должен уйти от ответственности за практику неслыханных фальсификаций, ложных обвинений, внесудебных приговоров, за расстрелы без суда и следствия, за истязания и пытки, за организацию концлагерей, в том числе для детей-заложников, за применение отравляющих газов против мирных жителей. В мясорубке ленинско-сталинских репрессий погибло более 20 миллионов человек.
Большевизм не должен уйти от ответственности за уничтожение всех партийных движений, в том числе социалистической и демократической ориентации.
Большевизм не должен уйти от ответственности за бездарное ведение войны с гитлеровским фашизмом, особенно на ее первоначальном этапе, когда вся регулярная армия, находившаяся в западных районах страны, была пленена или уничтожена. И только стена из 30 миллионов погибших заслонила страну от иноземного порабощения.
Большевизм не должен уйти от ответственности за преступления против бывших советских военнопленных, которых из немецких концлагерей перегнали, как скот, в советские тюрьмы и лагеря. Практически все крупнейшие стройки СССР стоят на костях политзаключенных. Ими сооружались химические заводы, урановые родники, северные поселения и многое другое.
Большевизм не должен уйти от ответственности за организацию травли ученых, литераторов, мастеров искусств, инженеров и врачей, за колоссальный урон, нанесенный отечественной науке и культуре. По преступным идеологическим мотивам была подвергнута остракизму генетика, кибернетика, прогрессивные направления в экономике и языкознании, в литературном и художественном творчестве.
Большевизм не должен уйти от ответственности за организацию расистских процессов (против еврейского антифашистского комитета «космополитов-антипатриотов», «врачей-убийц», направленных на разжигание межрасовой розни, на возбуждение низменных инстинктов и предрассудков.
Большевизм не должен уйти от ответственности за организацию преступных компаний против любого инакомыслия. Все, кто рассуждал или писал не по его директивам, неотвратимо обрекались на тюрьмы, ссылки, спецпоселения, психбольницы, увольнения с работы, изгнания за границу, травлю в печати, другие изощренные издевательства над личностью.
Большевизм не должен уйти от ответственности за сплошную и всеохватную милитаризацию страны, в результате чего народ в конец обнищал, а развитие общества катастрофически затормозилось. До сих пор радетели большевистской милитаризации саботируют переход военного производства на гражданское.
Большевизм не должен уйти от ответственности за установление диктатуры, направленной против человек, его чести и достоинства, его свободы. В результате преступных действий большевистской власти погублено более 60 миллионов человек, разрушена Россия. Большевизм, будучи разновидностью фашизма, проявил себя главной антипатриотической силой, вставшей на путь уничтожения собственного народа. Эта неудержимая злобная сила нанесла немыслимый ущерб генофонду народа, его физическому и духовному здоровью.
Во имя спасения страны и всего мира необходима последовательной и решительная дебольшевизация государства и общества.
Было бы пагубным для России повторить ошибки, допущенные демократической властью после августовских и октябрьских событий 1991 года и 1993 годов, когда вдохновители и организаторы военных мятежей были странным образом прощены, более того, перед ними распахнуты двери для продолжения антинародной деятельности и подготовки ползучего переворота, признаки которого очевидны.
Я против «охоты на ведьм». Тем более что основные преступники уже покинули сей мир. Да и что сказать: все мы – вольно или невольно, прямо или косвенно, - но были соучастниками или молчаливыми свидетелями сотворенного Зла. Рано или поздно, но всем нам не избежать покаяния.
Речь идет о другом. Я призываю к последовательной диктатуре Закона в России, и только закона, включая неукоснительное исполнение решения Конституционного суда относительно компартии.
Новое новшество большевизма должно быть предотвращено, чтобы коммунистические оккупанты навсегда остались на помойке истории, как это сделал запад в отношении гитлеризма.
Что такое? Прошу Вас, не нужно делать большие глаза, как будто вы ничего не понимаете и квохтать: «Какая оккупация? Какое нашествие?». Что ж, если вам и здесь нужны разъяснения их даст

Коммунистический вампир

Лысый, сифилитический, картавый, маниакальный, не имеющий ни капли русской крови пигмей, потративший всю свою жизнь на уничтожение России, лежит в самом центре Москвы и символизирует собой бессмертное слияние с народом, кровь которого он пытается пить и после смерти.
Мумия Ленина – это энергетический вампир… Почестями, восхвалениями, а более всего посещением усыпальницы с большевистскими мощами, русский народ поддерживает своими жизненными силами бальзамированный труп. Миф о бессмертии Ленина и сильно культивируемая память о нем означают телегонию, т.е. передачу во времени на расстоянии на весь народ признаков вождя…
Но самое главное, что мумия лежит в мавзолее без мозга. Этот последний фактор проявляется в жизни нации, пожалуй, сильнее остальных. Кроме того – святой преподобный Серафим Саровский (1760-1833) предсказал, что после невероятных невзгод и лишений Россия возродится, когда будут отбиты три масонских нашествия (два уже отражены, третье идет сейчас), прославлен в Пике Святых последний русский царь (венценосное семейство, слава Богу, уже канонизировано), и преданы земле сатанинские «мощи» (т.е. мумия Ленина).
Продолжение следует….


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Пн сен 27, 2010 3:48 
Не в сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17269
Откуда: Хайфа
Если "продолжение следует", то где оно?

Автор, видимо, много работал с материалом. Впечатление, во всяком случае, создается, что добросовестно работал. Это хорошо.
Язык изложения неплох.
О содержании говорить не буду, ибо в политические дискуссии влезать нет желания.

Но! Уважаемый автор, ведь это не художественная литература, а исторический очерк. А конкурсы наши вроде бы предполагают ХУДОЖЕСТВЕННУЮ прозу. У нас тут где-то есть раздел "Статьи", куда его можно поместить, или просто отдельной темой в раздел философии. И подискутировать там всласть. Но здесь, как мне кажется, он просто несколько не по теме.

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Чт сен 30, 2010 17:35 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь

Зарегистрирован: Вс сен 20, 2009 21:48
Сообщений: 3905
Откуда: Донецк
Честно говоря я не знаю как это произведение оценивать. Именно оно должно было проходить, как внеконкурсное, а не та крупногабаритная "модная проза". Оценивать стиль? Но это не художественное произведение. Это публицистика. Я не журналист и не понимаю хорошо эта статься написана или нет. Если сравнивать с подобными произведениями например Бушкова то тут язык тяжеловесный. Больше по этому поводу ничего сказать не могу.
Спорить с приведенными фактами тоже вряд ли стоит. Во первых я не историк, и могу заблуждаться, а во вторых я не считаю монархистов умными людьми. Особенно тех, которые восторгаются Николашкой, и "той россией" и ругательски ругают проклятых большевиков. Нет в мире ничего абсолютно хорошего и абсолютно плохого. Там все замараны по уши. И комиссары с люмпенами и адмиралы с царями.
Восторга по поводу "канонизации венценосного семейства" я тоже не испытываю, ибо глава этого семейства и его психованная жёнушка свою пулю вполне заслужили. Слишком уж часто наворотивший дел бездарный монарх уходил от ответственности и доживал свои дни в тепле и покое, пока его народ расхлёбывал всё то дерьмо, в которое царь-батюшка их втравил. Так быть не должно. Ну а дети просто попали под каток из-за своих родителей.
Про масонские нашествия, сатанинские мощи и всяческие пророчества вежливо промолчу. :)
Так что оценивать тут просто нечего.

_________________
"Чтобы присоединить свою область к Российской Федерации, нужно взять у Российской Федерации как можно больше лапши, и живописно повесить её себе на уши" - рецепт присоединения любой области к Российской Федерации.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Чт сен 30, 2010 21:36 
Не в сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17269
Откуда: Хайфа
Хунвэйбин писал(а):
ибо глава этого семейства и его психованная жёнушка свою пулю вполне заслужили.
Пулю - не пулю, но вина Николая в произошедшем немалая. Монарх из него получился бездарный. Будь на его месте кто поумнее - кто знает?

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Пт окт 01, 2010 0:22 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь

Зарегистрирован: Вс сен 20, 2009 21:48
Сообщений: 3905
Откуда: Донецк
Irena писал(а):
Пулю - не пулю, но вина Николая в произошедшем немалая. Монарх из него получился бездарный. Будь на его месте кто поумнее - кто знает?

Суть в том, что святым этого царя объявили только потому, что его расстреляли красные. И всё. Иных заслуг у этого деятеля не было. Романовы конечно были хреновыми правителями, но были среди них люди гораздо более сильные и умные чем последний Николай Тряпка. Ну например тот же Николай 1. Или Александр 3. Хотя всё равно, та ещё семейка.
Но восторгаются господа монархисты отчего-то именно самым бездарным из всей этой негодной компании.
Кстати я уверен, после падения Рима была масса народу вроде наших теперешних монархистов, которые абсолютно так-же тосковали по той империи. И после падения Персидской империи это было. И после падения империи инков. laugh
Но жизнь то не остановилась. А империи в итоге всегда разваливаются.

_________________
"Чтобы присоединить свою область к Российской Федерации, нужно взять у Российской Федерации как можно больше лапши, и живописно повесить её себе на уши" - рецепт присоединения любой области к Российской Федерации.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Пт окт 01, 2010 0:48 
Не в сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17269
Откуда: Хайфа
Хунвэйбин писал(а):
святым этого царя объявили только потому, что его расстреляли красные. И всё. Иных заслуг у этого деятеля не было.
Это да.
Я, в принципе, думаю, что теперешние ахи-охи связаны больше всего с тем, что уж больно мерзкое деяние это было. Во Франции во время оно хотя бы формально провели суд - пусть результат его был ясен заранее, но хотя бы не тайком... И, кстати, наследника французы не казнили.
Ну и кроме того, определенной части населения обязательно надо иметь идола, на которого можно молиться. Кому Ленина, кому Николая... pardon

Правители-то Романовы были не лучше и не хуже, чем любая другая династия.
Но любопытно, что началась династия Романовых... с убийства ребенка - трехлетнего сына Марины Мнишек. Который был повешен и, говорят, умер только спустя несколько часов, потому что веса тела не хватило затянуть петлю. И убийством ребенка же она и закончилась. Прям-таки мистика...

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Пт окт 01, 2010 9:30 
Не в сети
Книжный червь
Книжный червь

Зарегистрирован: Вс сен 20, 2009 21:48
Сообщений: 3905
Откуда: Донецк
Irena писал(а):
И, кстати, наследника французы не казнили.

И вроде как он потом всю жизнь какие-то интриги крутил.
Красные ведь дураками не были. Понимали, если отпустить наследника за границу, там его тут же начнёт обхаживать целая куча монархистских организаций.
Зато теперь вот среди Романовых бардак, а все нынешние наследники больше похожи на клоунов.
Уничтожить всех возможных претендентов на власть это вполне логичный ход. И так поступали не только большевики, а и те же Романовы.

_________________
"Чтобы присоединить свою область к Российской Федерации, нужно взять у Российской Федерации как можно больше лапши, и живописно повесить её себе на уши" - рецепт присоединения любой области к Российской Федерации.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Пт окт 01, 2010 9:43 
Не в сети
Скромный гений
Скромный гений
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Ср янв 13, 2010 22:04
Сообщений: 2267
Откуда: Kyiv
Irena писал(а):
Я, в принципе, думаю, что теперешние ахи-охи связаны больше всего с тем, что уж больно мерзкое деяние это было. Во Франции во время оно хотя бы формально провели суд - пусть результат его был ясен заранее, но хотя бы не тайком...

Вряд-ли, ведь во Франции суд проводили по причине исторически сложившегося уважения к закону и праву, а в Российской империи этого уважения, снова-таки исторически, не имелось. Поэтому гораздо вероятнее, что
Irena писал(а):
определенной части населения обязательно надо иметь идола, на которого можно молиться. Кому Ленина, кому Николая...

:)
Что до текста, то действительно - это не совсем то, что тут ожидалось увидеть. На основе этого эссе, конечно, можно было бы построить роман в жанре альтернативной истории - и, возможно, мистики - но автор этого пока что не сделал, а как сравнивать историко-политический очерк с художественными произведениями - я слабо представляю.
В целом по конкурсу меня не оставляет впечатление, что большая часть участников просто выложила уже имеющиеся произведения в среднем объеме.
Это не обвинение, а наблюдение :)

_________________
Египетское Мао всегда хорошо урчит


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Конкурсная работа № 4 - Записки монархиста
СообщениеДобавлено: Пт окт 01, 2010 13:20 
Не в сети
Философ
Философ
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Ср янв 27, 2010 22:32
Сообщений: 927
Откуда: Донецк
Хунвэйбин писал(а):
Но жизнь то не остановилась. А империи в итоге всегда разваливаются.

И что это значит?) Всё в итоге всегда разваливается, некоторые империи существуют дольше не империй и оставляют очень сильных потомков). Как например с Англией и с США, Австралией, ЮАР, Канадой. И при том сама Великобритания еще существует и причём тоже в виде союза государств и даже с королевой).
Хунвэйбин писал(а):
Кстати я уверен, после падения Рима была масса народу вроде наших теперешних монархистов, которые абсолютно так-же тосковали по той империи.

не совсем корректное сравнение). Рим разрушили путём прямого уничтожения его ядра, с соответсвующим отделением его частей. У наших монархистов ядро осталось, поэтому это не такая горькая тоска ).


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 33 ]  На страницу 1, 2  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Литературный интернет-клуб Скифы

статистика

Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Template made by DEVPPL Flash Games - Русская поддержка phpBB