Site Logo

Полки книжного червя

 
Текущее время: Вс ноя 19, 2017 0:32

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 10 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Чт июн 30, 2016 21:25 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
Ладно. Начинаем конкурс.
Итак.
Поворотная точка истории:
Цитата:
Победа арабов при Пуатье в 732 году.
Как итог - Халифат до Рейна и Эльбы (никакой империи Карла Великого), Италия с Римом уходят под власть Византии.
Соответственно - никакого католичества, как класса, никакой самостоятельности римских пап, никакого разделения церквей.

Авторы могут выбрать любое время после этого момента, вплоть до современности. И любую страну, только чтобы видно было влияние "вышеизложенного" события на ее историю.
Масштабные полотна и политические интриги не обязательны - можно писать про обычную жизнь, какой она будет в другой реальности.
Фантастический момент допустим, но программисты васи, попавшие в прошлое и внезапно открывшие в себе стратегические таланты, не приветствуются. Придумайте что-то пооригинальнее.

Еще раз поясняю:
Цитата:
Действие рассказа должно происходить в параллельной реальности, отличающейся от нашей тем, что в 732 году арабские войска победили при Пуатье и дошли до Рейна и Эльбы, захваченные земли стали провинциями Халифата. Империя Карла Великого не возникла, разделения христианства на католичество и православие не произошло.

Действие рассказа может происходить в любой момент от 732 года до самого далекого будущего. Любые изменения дальнейшей истории (отталкиваясь от вышеобозначенных вводных) - на усмотрение автора.


1.Срок подачи - ДО 30 АВГУСТА включительно.
Обратите внимание: даю ДВА месяца с учетом времени на изучение материала. Гугль в помощь.

Разрешается присылать по 2 рассказа от автора. У кого вал вдохновения - остальное во внеконкурс.
Соавторство в разных сочетаниях тоже разрешается.
2. Размер - максимальный объем 40 тыс. знаков (с пробелами). Минимальный - 10 тыс. знаков. Допускается плюс-минус 10% от общего объема. Рассказы, намного выходящие за эти границы, принимаются вне конкурса.
3. Произведения на конкурс посылаются на адрес irinapev@gmail.com и публикуются анонимно. (Просьба, однако, при отсылке указывать свой ник, чтобы ведущий знал, от кого поступил рассказ).
Просьба также послать ведущему в личку подтверждение: "Я прислал(а) рассказ такой-то".
4. Ведущий (то есть я) оставляет за собой право на грамматическую правку. Текстовых изменений без согласования с автором обязуюсь не вносить. Те, кто не желает никакого вмешательства, пожалуйста, предупредите.
5. Разрешается участие гостей, не зарегистрированных на форуме. Обсуждать и голосовать они смогут с авторского аккаунта. Особо стеснительные могут остаться инкогнито (предупредив ведущего, то есть меня, заблаговременно).
6. Допускается участие засвеченных в сети рассказов.

После окончания срока подачи начинается голосование. Срок голосования - две недели, после чего подводятся итоги и объявляются победители.

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Пт июл 01, 2016 0:10 
Не в сети
Ученый
Ученый
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн окт 26, 2015 17:16
Сообщений: 671
Ох, тема выбрана неспроста.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Пт июл 01, 2016 1:04 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
Это насчет ислама? Нет, никаких "неспроста", просто две другие опции, предложенные Гуасу, для меня лично, увы, были совсем темным лесом даже после чтения кой-чего по теме. Эта хоть понятнее. :46:

Так, надо сделать тему для обсуждения, чтобы тут не сорить. Вот: viewtopic.php?f=35&t=17735

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Вт сен 13, 2016 18:47 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
№1

Когда устают адмиралы



Дверь распахнулась почти сразу, как Юсуф нажал кнопку звонка.

- Адмирал, вы? - большие глаза Анфисы Харальдовны от удивления сделались ещё больше. - Проходите скорее, у меня пирог как раз поспел!

Юсуф снял обувь и, кивками приветствуя собравшихся, прошёл на свободное место. Всё в этом доме было, как и в прошлый, и в позапрошлый разы: большой круглый стол; белая скатерть в мелкий цветочек; свет люстры, отблёскивающий на боках пузатого самовара; обилие всяческих вкусностей; и, самое главное, хозяйка всего этого, великолепная Анфиса, ради которой, собственно, адмирал и заехал в этот холодный северный город.

- Вот, - слегка покачивая крутыми бёдрами, Анфиса поставила перед гостем тарелку, - с черникой. Как вы любите.

Ибн Искандер с усилием заставил себя оторвать взгляд. "Вот женщина! - подумал он с восхищением. - Совсем не изменилась за двадцать лет. Ни морщинок, ни седых волос... Или она красится?..

- Анфиса Харальдовна, - сказал он, прожевав первый кусок, - вы просто гений! Нет, клянусь чалмой Пророка, это не кулинария, это поэзия!

Женщина улыбнулась.

- Ловлю вас на слове, адмирал. Почитаете нам что-нибудь?

Ибн Искандер виновато развёл руками.

- Увы, никак не могу настроить лютню моего вдохновения. Да и кто мог бы достойно выразить восхищение такой прекрасной пэри? Достославнейший Сафир ибн Али аль Раздан, разве что? Но, увы...

- Я вас очень прошу, адмирал. Ну, пожалуйста!

Юсуф заколебался.

- Не знаю, - сказал он, - стоит ли это вообще где-либо читать. Не лучше ли бросить всё в камин?

- Нет, нет! Теперь вам уж точно придётся что-нибудь почитать. Вы меня просто заинтриговали! Да и нас всех тоже. Верно? Что скажете, а?

- Такие изысканные кушанья просто требуют изысканной поэзии, - краснея от смущения, сказал Гасан. Он сам писал стихи. Очень слабые, как казалось ему.

- Не очень скабрёзное, я надеюсь? А то, помнится, ваши рубайят к Лейле аль Шаранджах...

- Полноте, отец Олаф, - Анфиса скромненько потупилась, сложив пухлые руки перед пышным бюстом, - сейчас же не пост! А мы тут все взрослые люди, всё понимаем...

- Ох, - пробасил тот, - вводите вы мя в соблазн, Анфиса Харальдовна, ох, вводите!

Анфиса вздохнула.

- Знаю, знаю, отче. Но что я могу поделать?

- Тако, тако, - отец Олаф запустил руку в густую бороду, - слаб человек.

И, чтобы разговор полностью не свернул на духовную тему, продолжил:

- Однако, дочь моя, вы правы. Сложен и многообразен Мир, созданный Господом. И величайшей глупостью было бы пытаться втиснуть его в рамки наших представлений.

- Как сказал один философ, наши представления суть иллюзии. Он доказывает...

- Артур, я вас умоляю! - Анфиса Харальдовна поставила перед молодым человеком рыбу, запечённую с черносливом и джарнайским луком. - Не надо нам про иллюзии. Адмирал, - обратилась она к Юсуфу, - выручайте! Сами ж видите, если не начнёте читать, мы рискуем получить длиннный и нудный философский диспут. Нам оно надо?

Разумеется, устоять перед такой женщиной было невозможно, да и довод её, приходилось признать, был весьма убедителен. И адмирал сдался. Практически без боя.

- Пожалуй, - начал он, - я вам прочту... Даже не знаю, как бы это назвать. Фантастика. Так, пожалуй, будет вернее. Только не так, как обычно пишут, о будущем, о разных неземных цивилизациях... Нет, мои фантазии о прошлом, о далёком прошлом. Вот что бы, например, было, если бы победил Карл, а не Абд аль Рахман?

- Это при Туре, что ли? Да, пожалуй, примерно то же самое. Только церквей в Кордове, Париже и Севилье было бы больше, а мечетей меньше. Вот и всё. Законы истории - это объективная вещь, адмирал. И всякие отклонения...

- Вы полагаете? Интересная мысль. Хотя и не бесспорная. Но у меня там всё не так, всё совсем не так.

- А как? Как же? Не томите, адмирал!

И Юсуф начал читать:

«Победа франков была невероятной. Нет, она была просто немыслимой! Обе стороны сражались, как львы, но явное преимущество было на стороне Абд аль Рахмана. И, если бы ему удалось выманить противника на открытое место, франки бы были рассеяны, как семена в бурю. Но хитрый Карл не только занял выгодную позицию - выше по склону, но и приказал своим немногочисленным воинам укрыться за деревьями, вот аль Гафаки и ошибся, полагая их число много бОльшим, чем есть. Едва из-за горизонта блеснул первый луч Солнца, забили барабаны и конница ринулась в наступление...»

***

- Ну, вот, - Юсуф отложил последний лист, - пролог и полторы главы. Всё, что пока написано.

- А что там дальше? Они же не погибли, нет? Там, под развалинами?

- Вряд ли. Главные герои никогда не гибнут в начале. Однако... Ну и фантазия же у вас, адмирал! Это какое время вы описываете? Наше нынешнее?

- Примерно первая треть пятнадцатого века хиджры.

- Ага, то есть, по-нашему... - отец Олаф быстро подсчитал в уме, - двухтысячный, две тысячи первый или второй. Представляете себе? Признайтесь, Юсуф, вы ничего такого не принимали? Грибочков там или ещё каких зелий?

Адмирал удивленно покачал головой.

- А то, помнится, - продолжил священник, когда я ещё учился в семинарии, был у нас один ацтек. Не помню уж, как его звали. Я только на второй курс перешёл, а он уже был рукоположен в сан. И мало того, что его направили служить в Теночтитланскую епархию, но и, к тому же, в то самое место, где он вырос. Так вот, односельчане на радостях накормили новоиспеченного батюшку пейотлевым печеньем.

- И что?

- Бегал с сачком по церковному двору, Амурчиков ловил... И смех, и грех. Я бы не удивился, если бы он тогда сочинил что-то подобное. Но от вас... Нет, я ещё могу себе представить и межрелигиозные войны, и даже церковный раскол в стародавние времена, но марширующие по улицам городов содомиты?.. А эти ваши... террористы чего стоят!.. Нет, батенька, говорю вам не как христианский священник, но как врач. Необходимо срочно принимать меры.

- В больницу, - с грустью покивал головой адмирал, - в психо-неврологическую...

- Ну, зачем же сразу в больницу? Поедете в санаторий. "Солнечная арфа", слыхали? Сосновый бор, озеро, отличная рыбалка...

- Рыбалка? - вскинулся ибн Искандер. - Я подумаю.

- Думайте, думайте быстрее, адмирал. Пока не начался сезон. Я позвоню Алевтине, чтоб к вашему приезду был готов и домик, и...

- Я подумаю, - повторил адмирал.

- Думайте, думайте. Всего-то... Сегодня у нас?.. Что? Правда? Два дня осталось.

- Звоните, - сказал адмирал.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Вт сен 13, 2016 18:53 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
№2

О том, что дОлжно


Увлеченный астрономией, базилевс Ираклий говорил о тех, кому она не была интересна, что они не хотят узреть Божьи предначертания. Весьма часто людям приходится прибегать к астрономии, но есть и те, что видят предначертания иным образом. Об этом и об иных событиях, главным образом связанных с войнами против агарян, будет написано в этой хронографии. Но главная цель моего рассказа – поведать о раздумьях и колебаниях, которые могли бы предварять события столь грозные, которые не приходили на сердце ни одному ромею.
Ираклий базилевс по могуществу и славе был равен эллинскому Ираклию, чье имя носил, и победил персов после тяжелой войны. Агаряне, что жили в пустыне Едомской, избрали своим предводителем Мухаммеда из Ясриба. Когда базилевс Ираклий возвращался с триумфом из Персии, Мухаммед повстречался ему и потребовал землю для поселения. Получив желаемое, он добился богатства в браке и принялся обманывать народ. Окружив себя войском, он сначала разорил Сирию, а затем начал грабить ромейские владения. Когда Ираклий возвращался в столицу, то сперва впал в монофелитскую ересь, а затем женился на своей племяннице. За грехи эти Господь отнял у него Египет, Африку, Сирию и Палестину, и седьмижды агаряне приступали к стенам Царственного града.
Император Константин Погонат, сын Константа, вел войну на море с агарянами, изобрел жидкий огонь и многими своими победами умножил славу Ромейского царства. Потерпев поражение в войне с болгарами, он созвал Вселенский собор и предал проклятию ересь монофелитства, и утих гнев Господа, и сохранил Он царство наше до сего дня.
Однако на державу персов излил Господь гнев с небес, и оказалась она разрушена и завоевана агарянами. Но только за грехи народов сих преданы они в руки магометан, и не вечно агарянам было ликовать. Царь их по имени Хишам из рода Моава, как говорят, потерпел поражение от хазаров и персов, что живут у пределов Бактрийского Кавказа, и восстали против него народы индийские. Однако на западе он достиг успеха, и в год 6016 отнял у ромеев землю Испанскую, взял в полон землю франков, а Карлуса Молота, знатного федерата, что с ратью вышел против агарян, умертвил, а из кожи его сделал знамя. Это знамя устрашило народы, и с ним он дошел до Рейна.
Завоевание запада отняло много сил агарянских, и ромеи, собравшись, прогнали славян из пределов Эллады. Те бежали в Иллирию, к магометанам, и обратились в их веру.
Франки же, не в силах выносить гонения на веру Христову, ушли из Галлии и вошли в Италию, где правили Лангобарды, и сокрушили их. Затем род Меровея обратился к ромеям, и прислали послов в Константинов Град, и просили ромеев помочь в битве с магометанами. За это франки обещали верно служить престолу Константина. Так царство ромеев снова раздвинулось до Альпийских гор.
Тем временем прервалось всякое церковное общение с христианами Альбиона. Когда царь Юстиниан, сын Константина Погоната, созвал в году 6200 Седьмой вселенский собор, именуемый так же Трулльским, и установил чин и обряд богослужения для всей церкви Христовой, альбионские пастыри явиться на него не смогли, архиепископ же Лондиния решения этого собора не признал. Оттого альбионская церковь пребывает в расколе и беззаконии. Потому наслал на них Господь свирепых варангов из гиперборейских морей, так что не стало житья и покоя альбионским раскольникам.
Агаряне тем временем опустошали всю Анатолию и проникли во Фригию. Тогда базилевс Лев Исавриец призвал франков, и с ними выступил под Акроинон. Там он в году 6227 поразил агарян до последнего человека, и оскудела страна их на мужей, способных к битве.
Когда же Галлия и Германия оказались завоеваны магометанами, люди земли той, что предались Магомету, собрались и хотели напасть на италийские земли. Франками командовал комит федератов Роланд, юноша храбрый, великой силы. Он остановил варваров среди скал и ущелий альпийских. В той битве он погиб, но стал святым, с тех пор помогает франкам и ромеям во всех битвах.
Вскоре произошел разлад среди рода Моава, и волнение во всех пределах. В глубинах Персии восстал Аббас, который учил иначе, чем Магомет. И не было единства среди самих магометан, во что им верить.
Царь Марван, будучи уже лет семидесяти, в 6259 году морем бежал в пределы ромеев и обещал отдать Сирию царству Римскому, если вернут его на престол. Но ромеи не желали вмешиваться в дела неверных, и тогда Марван отплыл в Испанию, где собрал воинов галльских, германских и африканских.
Так воевали восток и запад в течение пятидесяти лет. Когда Аббас стал царем в Багдаде, то принялся истреблять своих помощников и противников, всех одинаково. За это возненавидел его народ, и отделялись страны. Отложились от него Бактрия, Парфия, Индия и Персида, и не мог удержать их, потому что шла война с Марваном и наследниками его.
Тогда же вступили в войну ромеи, и отвоевали все земли Иберии, Колхиды и Армении, и Анатолию. Когда стихли войны, то истощилась сила рода Моава, а Гарун, потомок Аббаса, помирился с ромеями и стал восстанавливать царство свое. Правил же он в Мидии, Сирии, Ассирии, Палестине и Египте.
Тем временем от рода Моава отошли германцы, приняв персидскую веру в Али, который учил иначе, чем Магомет или Аббас. Африканцы тоже отошли от Моавитян, потому что там восстал некий Ваххаб, сын Рустама, называвший себя «отрекшийся». Он и его отрекшиеся захватили Карфаген и Африку до Геркулесовых столпов.
Против царя Багдада в году 6325 восстал Папак Мидянин, огнепоклонник. Девятнадцать лет они сражались, а удача склонялась то к мидийцам, то к агарянам. По прошествии этого времени восстали христиане-миафизиты в Египте, а царь Феофил, видя страдания заблудших братьев, смилостивился и выступил на их защиту. Нелегкой была та война, потому что царь Мутасим призвал на помощь персов из Бактрии, Хорезма и стран за ними. Самодержец Феофил заключил союз с Папаком, и прогнал агарян из Киликии, и взял Антиохию. Затем восстал против Мутасима знатный князь Мухаммед Атаки, и восстание охватило Аравию Петрейскую и Аравию Феликс со священными городами магометан. После победоносной войны в 6347 году царь Феофил утвердил Папака кесарем Мидии, а Мухаммеда Атаки кесарем Египта. Атаки поклялся, что не будет притеснять христиан миафизитского толка и допустил, дабы патриарх Александрии Христофор проповедовал в Египте и Нубии цареградское исповедование. Но через несколько лет, видя, что число православных увеличилось, казнил патриарха, и с тех пор Христофор причислен к лику святых. За это Феофил отнял у Атаки кесарское звание и отправил флот тревожить египетский берег.
Между тем скифское племя болгар, которые еще с давних пор обосновались в Мёзии, ожесточилось на Ромейское царство. В год 6373 их архонт по имени Борис обратился к халифу Германии, дабы упрочить союз против христиан, и обратился в меру Мухаммеда, сам назвавшись Мухаммедом. С тех пор усилилась война на северных рубежах, потому что германцы, авары и славяне объявили ромеям священную войну.
Но сами неверные тоже были разъединены, ибо славяне боролись с германцами. Архонт Ростислав Моравский, известный как Али Ал Момир, прислал тайно послов к царю Михаилу, сыну Феофила, и просил помощи против германцев, обещая обратиться в Христову веру. Тогда отправились в Моравию проповедники Кирилл и Мефодий, чтобы учить славян святой вере на их родном языке. Это вызвало радость среди моравов, потому что германцы заставляли их молиться на аравийском.
В 6379 архонт Ростислав погиб от рук германцев, и сын его, Сфендополк, известный как Мамун Бин Али, казнил Кирилла и Мефодия. С тех пор Фессалоникийские братья стали святыми великомучениками, которые молятся за все славянское племя. Те же славяне, которые приняли христианство, бежали в державу Ромеев и поселились в Фессалии.
В это же время или около того в Неаполе Сарматском, который на Янтарном море, воцарился Рорик из Ютландии, гот. Он был прославлен по всему северу, потому что одержал множество побед над германскими магометанами, и потому гиперборейские славяне призвали его архонтом. Рорик был великий воин, от которого пошел великий род. Перед смертью ему явилась Дева Мария и сказала: «Как славно послужил ты во славу праведной веры. За это тебе уготовано место в раю». Рорик удивился и ответил: «Кто ты? Я не знаю тебя». Дева Мария молвила: «Я мать Вседержителя, который больше, чем гиперборейские боги. Нарекаю тебя Иоанном». И явила ему, что надо сделать, дабы спастись. Тогда Рорик сделал себе огромный крест из дуба, один принес его на берег озера, окунулся в воды, приняв крещение от Духа Святого, и, приложившись ко кресту, умер, обретя спасение.
В году 6413 предатель и Иуда, Лев из Триполи, рожденный христианином, но обратившийся в магометанство, с огромным войском приплыл на судах к берегу Фессалоник, дабы ограбить этот город. Но славяне, которые во множестве жили в Фессалии, отбили натиск и сожгли немало вражеских кораблей.
В году 6413 Олег, родич Иоанна-Рорика, который правил как регент в России, на тысячах ладей с огромной ратью подступил к Царственному Граду. Его за грехи наши навел Господь на Ромейское царство. С архонтом пришли от северных пределов славяне, готы и скифы, и сарматы, и венеды, и роксоланы, и такие племена от ледяных берегов, о которых доселе не слышали в Ойкумене.
Они ограбили берега Фракии и Вифинии, и разорили предместья Константинополя. Но сам город они взять не смогли, и потребовали огромный выкуп и торговые права. После этого Олег прибил свой щит на вратах Царьграда. Когда руссы ушли, этот щит был сорван. Но недавно по желанию благочестивого базилевса Романа этот щит обретен вновь, а где он находится, царю во сне подсказал Андрей Первозванный, апостол России. Дерево, из которого сколочен щит Олега, оказалось нетронутым, и белым, будто только что оструганное. Щит оправили в золото, украсили ликами апостола Андрея, великомученика Петра Киевского, равноапостольного царя Василия Крестителя и водворили на прежнее место. Говорят, покуда этот щит висит на воротах, Царственный Город не падет перед неверными.
В году 6450 архонт Ингор, сын Рорика-Иоанна, снова собрал все народы России и напал было на ромейские берега, но ему явилась Богородица и сказала: «Зачем тебе, мягкосердечному владыке, грабить и разрушать удел потомства твоего?». Тогда он развернулся и отступил. Вскоре он был убит мятежниками, но жена его, равноапостольная Елена, известная ранее как Ольга, подавила мятеж и прибыла в Константинополь ко двору царя Константина Багрянородного и там приняла святое крещение. Вернувшись, она стала проповедовать праведную веру во всех русских пределах и потому почитается как святая и равноапостольная архонтиса.
После нее архонтом севера стал Сфендослав, сын Ингора, внук Рорика. Стал он собирать много воинов храбрых, и был быстрым, как леопард, и много воевал со всеми врагами. В походах же не возил за собою ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезав конину, или зверину, или говядину и зажарив на углях, так ел. Не имел он шатра, но спал, постилая потник с седлом в головах, такими же были и все остальные его воины. И посылал в иные земли посланников, как правило, перед объявлением войны со словами: «Иду на вас!»
Он много воевал против хазар и сокрушил их, а в походах своих пересекал Кавказские горы. Его и поныне зовут русским Александром. Но вскоре возвысился в германских землях халиф Омар Ахмар Ал Оттони, покоривший германцев, галлов, прибрежных венедов и моравов. Он объявил священную войну архонтам полянским, и разбил их. Те же бежали в пределы России и поселились у города Галича. Вскоре халиф Омар напал на Русь, но был разбит архонтом Сфендославом, и отступил к городу Кракову (так его зовут поляне). Тогда германцы стали готовить новую борьбу, и заключили союз с болгарами.
В Ромейском царстве правил в те дни благочестивый царь Никифор Фока. Он учредил тагму Бессмертных, по образцу персидских царей, и весьма много воевал с агарянами и освободил все земли до Иерусалима. Царю Никифору явился архангел Михаил и сказал: «Агаряне считают, что, ежели погибнут в бою с христианами, то вознесутся в рай, и оттого они столь храбры и безрассудны в битве. Так знайте же, что и всякий христианин, если погибнет в священной войне против магометан, обретет прощение грехов и окажется на небесах. А всякий базилевс и полководец, потрудившийся на ниве Господней, будет святым». С тех пор и христиане радуются при всякой битве, ибо знают, что им прощаются грехи.
Базилевс Никифор, увидев, что германцы и болгары заключили союз, решил сокрушить болгар и призвал архонта Сфендослава на помощь ромеям. Тот явился со всею мощью севера, и в союзе с ромеями сокрушил болгар. Войдя в пределы ромейские, все руссы увидели, как богато и прекрасно богохранимое царство, и были те, которые возжелали разграбить его и покорить. Но Сфендослав сказал: «Ужели поссоримся со столь могучим соседом, когда германцы грозятся нам у самого порога?».
И остановился в городе Микра Преслава. Сфендослав позволил многим готам и руссам прибыть в Константинополь, чтобы служить как наемникам базилевсу ромеев. Из этих людей царь Никифор устроил тагму варангов, и те, что служили в ней, были закованы в железо от головы до пят, сражались секирами и устрашали всех врагов ромеев.
Вскоре прибыл в Болгарию базилевс Иоанн с войском. Он заключил союз с архонтом Сфендославом, чтобы сражаться им вместе против германцев. За это царь Иоанн отдал руссам половину Болгарии.
И вышла рать ромеев и руссов против халифа Омара в год 6481. По зову ромеев явились из скифских степей пазцинаки на помощь христианам, и они все сражались под Краковом. Многие видели, что и небеса разделились в тот день, и сражалось все сущее. Небо над ратью ромеев и руссов было белым, и сверкали там ангелы Господни, а небо над германцами светилось красным, и темнели там демоны, и сражались силы света против силы тьмы. И был разбит халиф Омар, и бежал. Но архонт Сфендослав получил смертельную рану и истек кровью. Перед смертью он принял святое крещение и даже ангельский сан, а крестным отцом ему стал сам царь Иоанн.
Когда сын Сфендослава, Владимир, по праву занял отцовское место архонта России, то искал умиротворения в молитвах многим богам со всего света, потому что был весьма благочестивый и повсюду искал истины. И вот однажды, во сне ему явился образ девы невиданной красоты, с благородной статью и прекрасной, как заря. И оставил Владимир всех своих жен и наложниц, и повсюду искал только ту деву, которая явилась ему во сне. И никто не мог сказать ему и ответить, что это за образ и кто эта дева, пока однажды не обратился архонт к христианскому монаху, который служил сакелларием у ромейских купцов. И тот, помолясь, сказал Владимиру, что эта девица живет в Константинополе. Тогда Владимир собрал огромное войско и направился, дабы осадить город Херсонес, и требовал отдать ему в жены прекраснейшую деву в Ромейском царстве. А прекраснейшей была царевна Анна, сестра государя Василия. И когда Владимир увидел портрет благородной Анны, тотчас же признал деву из своего видения, и не мог больше ни спать, ни есть, и требовал ее в жены. И поклялся всегда быть верным другом и помощником царю Василию, если он отдаст Владимиру свою сестру. Анна же была наслышана о храбрости и мудрости архонта, но, будучи благочестивой и богобоязненной, сказала, что не выйдет замуж за язычника. Владимир же отказался креститься, ибо боялся, что восстанут на него все народы севера и не признают над собой христианского архонта. И напала на него слепота от Бога, и сказал ему некий голос: «Если Бог с тобой, кто против тебя?». Тогда Владимир крестился, и принял веру матери, и тотчас же прозрел. В крещении ему дали имя Василия, в честь ромейского самодержца.
Это было в году 6497. После этого он отступил от Херсонеса, а царевна Анна прибыла в престольный Киев и стала его женой. Немедленно после свадьбы Василий крестил всю Русь, и дружину, и весь народ, а языческих идолов пустил по реке. Когда люди увидели, что идолы не могут постоять за себя, то узрели, что Троица сильнее идолов, и вслед за архонтом обратились в святую Христову веру.
В благородном браке царицы Анны и архонта Василия родилось двое детей: Роман, известный среди славян как Борис, и Давид, известный так же как Глеб. А город Микра Преслава в Болгарии был переименован в Иоаннополь, в честь архонта Сфендослава.
Когда против базилевса Василия восстали малоазийские вельможи Варда Склир и Варда Фока, архонт Василий послал большой отряд на подавление мятежа, и водворился мир в Ромейских пределах. Впрочем, во время восстания Варды Фоки от Ромейской державы отпала Сирия, до самого Иерусалима, и туда пришли агаряне, и стали тревожить ромейские границы.
Когда Христова вера утвердилась в пределах России, в году 6503 Василий Русский напал на угров, ибо разделился их род. Одни хотели обратиться в магометанство, другие были ревнители язычества, а третьи были христиане. Василий поддерживал христиан, и предал мечу всех неверных, а которые спаслись, то бежали на север, в пределы полянские. С Василием в войске сражались поляне, которые бежали из своей страны после нападения германцев. И стали они просить архонта, чтобы вернуться им на родину. Тогда он двинулся на север, и уничтожил бежавших неверных, и поляне водворились в своей стране. Утвердил Василий архонтом к уграм своего сына Петра, известного как Сфендополка, а к полянам Георгия, известного как Ярослейфа.
В году 6509 Василий, видя, что все дела в стране его устроены, а границы спокойны, отправился в дальний поход по призыву базилевса Василия Ромейского. Ибо настала пора вернуть ромеям земли сирийские и палестинские. В тот поход с собою он взял сыновей от христианского брака Романа и Давида. Базилевс Василий, увидев племянников, привязался к ним, как к родным детям, ибо своих детей не имел. Архонт Василий помогал самодержцу Василию при осаде Иерусалима, и после того, как стены города пали перед ромеями, мечеть Скалы, построенную царем Маликом, превратили в христианский собор. В том соборе Василий Македонский венчал Василия Русского на царство, и назвал его кесарем России.
Когда же Василий Русский уехал домой, Роман и Давид остались на Святой земле, чтоб учиться воевать по римскому обычаю и постигать книжные науки. Вскоре ромеи перемололи агарянскую силу, а в последней битве было взято в плен сорок тысяч агарян. Базилевс Василий велел их всех ослепить, а каждому сотому оставить по одному глазу, чтоб были провожатыми остальным, и отпустил всех пленных в Багдад. Царь Алкадир, когда увидел это, упал с коня и умер, ибо разорвалось его сердце. С тех Василия Македонского зовут Василий Агарянобойца.
Вскоре в Киеве умер кесарь Василий Русский, которого с тех пор почитают как святого равноапостольного владыку. И началась междоусобица на Руси. Георгий, архонт полян, призвал к себе брата своего Петра, архонта угров, обещал заключить союз. Но вместо этого убил его во время пира. Затем Георгий захватил Киев и уничтожил весь род Иоанна Готского, всех своих братьев. За это черное дело Георгия зовут Ярослейфом Окаянным, а Петра причислили к лику святых. С тех пор великомученик Петр-Сфендополк молится за весь род архонта Иоанна. А из рода этого остались только братья Роман и Давид. Оплакав утрату, они собрали войско, которое дал им базилевс Василий, и русскую тагму, и отправились добывать престол отца. После долгих боев они сокрушили Ярослейфа, который пал в битве, и воцарились в Киеве. В тагме Ярослейфа был знатный гот из пределов гиперборейских, по имени Харалд, сын Сигурда. Он был женат на Ярослейфовой дочери. Когда его зятя убили, Харалд бежал в Готию и стал архонтом всех северных земель и яростным язычником. Он стал гонителем христиан, и Готия погрузилась во тьму язычества.
За это время германцы оправились от поражения под Краковом и отняли у христиан земли полян и угров.
Утвердившись на престоле России, братья направились в Константинополь, ибо базилевс Василий обещал сделать их кесарями и соправителями, но благочестивый царь преставился, когда они еще были в пути. Так ромеи осталась без драгоценного базилевса, который был истинным украшением своей державы. Ромейское царство осталось его брату, базилевсу Константину, который остался единственным царем ромеев. Он возвел Романа и Давида в кесарское звание, Романа сделал кесарем России, и Давида кесарем Болгарии. И воцарился мир в христианских землях от Неаполя Сарматского до Евфрата, как при Константине Великом или мудром Юстиниане. Между тем германцы набирали силу, а в далекой Персии собиралась буря.
Базилевс Константин, брат покойного Василия Македонского, не имел сыновей, только трех дочерей. Старшая, Евдокия, была пострижена в монахини, среднюю, Зою, он отдал замуж за Романа, младшую, Феодору, за Давида. Когда базилевс Константин умер, то русская тагма и весь народ назвали царем Романа, который в те дни пребывал в Константинополе. Своего брата он назначил кесарем России и Болгарии и самодержавно воцарился в Константиновом Граде.
Вскоре цезарь Давид возревновал о Господе и созвал священный поход против магометанской Болгарии. Этот поход назвали крестовым, потому что каждый воин, вступавший в это войско, пришил себе к одежде красный крест. Давид сокрушил неверных и с тех пор стал называть себя кесарем двух Болгарий.
Эту победу с рукоплесканием встретил весь христианский мир.
Здесь настало время сказать и обо мне, кто пишет эти строки. Я должен был сделать такое предварение, чтобы читатель, узнавая из моего повествования, когда речь идет о будущем или о видениях, не принимал меня за провидца, а отнес бы эти слова на счет моего характера, исход же событий связали с волей Всевышнего.
При рождении меня назвали Констант, что значит «Постоянный». С самого раннего детства меня мучили сны, от которых я просыпался в холодном поту. Самое странное, что сны эти совершенно стирались из моей памяти, и я до сих пор не могу передать, что же именно вызывало такой трепет и смятение. Моя мать Феодота видела во мне способности к наукам, и молилась, чтобы узнать, стоит ли мне получить образование. Однажды, когда мне было пять лет, матери явился дважды Иоанн Златоуст и оба раза сказал, что будет помогать мне в учебе. Тогда я поступил в ученики к преподобному Иоанну Мавроподу и познавал науки до шестнадцати лет. Ночные же кошмары не прекращались, лишь стали реже и слабее под влиянием постов и молитв. Чем усерднее я предстоял перед Всевышним, тем лучше я спал по ночам. Когда я познавал науки, в Царственном Граде утвердился самодержцем базилевс Роман из России. И однажды случилось нечто, что сильно повлияло на мою судьбу. Однажды (мне исполнилось шестнадцать) я вместе с народом наблюдал, как базилевс шествует по улицам столицы. Я редко видел его во время процессий, и никогда так близко. Своим обликом он ничем не напоминал своего деда Сфендослава, и унаследовал черты матери, царевны Анны. От нее самодержец унаследовал крючковатый нос, темные проницательные глаза, черные вьющиеся волосы, смуглую кожу. Говорят, лицом он походил на Василия Агарянобойцу в молодости. От славян же Роман получил высокий рост, удивительную статность фигуры и недюжинную силу. Когда он прошел мимо меня, я особенно громко выкрикнул «Славься, царь», и он поглядел на меня. Наши глаза встретились, и я увидел кошмар наяву. На месте Романа стоял некто другой, облаченный в царские одежды. Этот неизвестный царь мало чем отличался от мертвого. Все лицо его было распухшим, цветом не лучше, чем у пролежавшего три дня покойника, волосы свисали с его головы, как у трупа, редкая прядь в беспорядке спускалась на лоб, колеблясь, видимо, от его дыхания. Он казался слабым, изнуренным и несчастливым.
Я не помню, что кричал, помню только, что бился на земле в пыли. Потом мне сказали, что я предрекал царю кончину. Очнулся я уже в темнице, где меня ждали палачи и экзорцисты. О дальнейшем умолчу, хотя тот день, что провел я в темнице, казался вечностью, и следы этого пребывания я до сих пор несу на своем теле. Вскоре меня вывели из темницы, и, как сказали, по милости царя. Говорят, он вспомнил наутро о странном юноше, что упал на землю во время чинной процессии и спросил, известно ли что о моей судьбе. Ему сказали, что Константа обвиняют в колдовстве, что Констант хотел сглазить самодержца. На это Роман посмеялся и посоветовал чересчур ревностным придворным не верить в глупые россказни. Тогда меня перестали пытать, но позаботились, дабы я больше не попался базилевсу на глаза. Меня сослали на остров Керкиру и постригли в монахи. Так закончилась моя придворная карьера, но началась карьера мистика. Я не знал, что происходит со мной, но люди почему-то решили, что я могу поведать об их судьбе. На Керкиру ко мне приезжало множество гостей, и все ждали от меня оракулов, как от дельфийской девы. Порой меня посещали видения, порою нет. Я видел мертвецов и полководцев, лавры и железные цепи. Одни от меня уходили смущенными, а другие радостными. Надо сказать, что с этого времени мои видения уже не сопровождались припадком, а напоминали сон наяву. И одно не давало мне покоя – мое первое видение было не о базилевсе Романе, что бы там не вообразили себе невежественные палачи. Оно было о ком-то другом. И однажды он явился ко мне. Это был знатный эпарх, состоявший в царском синклите, по имени Роман Аргиропул. В нем я и узнал того, кто явился на улицах столицы вместо Романа Русского. И снова приключился со мной болезненный припадок, и я кричал, что вижу смерть, измену и царскую диадему. Роман выбежал в страхе из моей кельи. Настоятель монастыря был очень мною недоволен, потому что мой дар весьма умножил богатство и могущество монастыря, а в этот раз знатный гость уехал, не оставив и медяка. Мне сказали, что весть о визите ко мне Романа Аргиропула дошла до самодержца. Тот, говорят, нахмурил брови и задумался, а потом велел ослепить Аргиропула и отправить в Албанию Кавказскую. Тот не доехал, потому что скончался от ран.
Одно было хорошо в моей прискорбной судьбе – поскольку я был весьма ценным иноком для обители, мне ни в чем не отказывали, а я искал мудрости и книг. Так я завершал свое обучение и углублялся в тайны теологии, философии и эллинских древностей.
Проходили годы. Восток затопила новая кровавая волна, потоп из крови из железа. Как известно, Василий Агарянобойца перемолол агарян и подчинил себе все земли до Газы и Евфрата. Но вскоре с востока пришли новые племена. То были персы, и вел их архонт по имени Малик. Они затопили всю Сирию, и отняли ее у ромеев до Антиохии, заставляя вспомнить про времена царя Ираклия, когда казалось, что миру пришел конец. Но Антиохия не пала, и дальше Киликии персы не пробились.
Вскоре до нашей уединенной обители дошло известие, что под влиянием кесаря Давида, покорившего Скифскую Болгарию, пошел клич по земле Ромейской, и могучие воины собираются в святой поход на Лютецию, чтоб отвоевать этот город у германцев. Вся земля пришла в движение, от Кипра до Неаполя Сарматского. Каждый жертвовал имущество на благое дело, и все в едином порыве пришивали кресты на одежду и вступали во святое воинство, чтобы получить прощение грехов. День и ночь на верфях строили корабли, и часто я ходил по берегу, наблюдая, как на белых деревянных ребрах нарастает темная плоть бортов. Очевидно, что базилевс Роман поддержал это начинание, потому что германский халиф снова усилился. Если бы так продолжалось дальше, персы и германцы могли заключить союз, и тогда Ромейское царство оказалось бы в клещах. И потому самодержец спешил сокрушить одного врага, чтобы вскоре покончить со вторым.
Приходили известия, что ромеи заключили союз с альбионцами. На Альбионе правил некто Гвискар. Он был варанг из Готии. Тот Харалд, что служил Ярослейфу Окаянному, выгнал Гвискара из его владений, и тогда он с небольшой дружиной завоевал разобщенных альбионских князей, принял христианство и желал бы отбиться от вражеских полчищ с ромейской помощью. Шли речи, чтобы снять отлучение с альбионской церкви и снова вернуться к братскому общению.
И однажды во время размышлений на каменистом берегу мне встретился некий воин. Высокой, царственной внешности и со мрачным, сосредоточенным взором. Взгляд его обладал не меньшей силой, чем могучие руки. Белый плащ развевался под соленым морским ветром, на плече алел большой крест. И вот, меня снова посетил припадок, ибо над этим воином в небе парил орел, укрывая его голову своею тенью от солнца, а на благородном челе сверкала призрачная корона, видимая только мне.
Пришел я в себя от того, что этот воин брызгал на меня водою из фляги. Он заботливо отнес меня в сень и сказал:
- Я знаю, кто ты. Ты провидец Констант.
- После пострига меня зовут Михаил, - отвечал я. А надо сказать, что при виде этого человека меня обуяло сожаление и великое чувство вины, как будто я предал его. Между тем я никогда раньше его не встречал.
- А я Исаак Комнин из Сирии, - сказал незнакомец. – Я был экзархом Сирии, но не смог победить персов. Теперь я утратил все свои владения, попал в немилость и со своими последователями присоединился к святому походу, чтоб найти милость в глазах владык небесного и земного.
Но глаза его яростно сверкнули. И с той поры он оставался в обители как гость, ожидая прихода своих друзей с новыми войсками. Мы много говорили о вещах мудрых и таинственных, но пересказывать речи здесь не место. Я понял, что ему снились кошмары, которых он не помнил, но видения его не посещали.
Однажды Исаак сказал мне:
- Разве не было у тебя ощущения, будто что-то не так? Будто весь мир вокруг не таков, как должен быть, а ты не тот, кем должен быть?
- С тех пор, как я в ссылке, меня не покидает это чувство.
- А помнишь ли ты, что кричал во время припадка, когда увидел меня?
- Нет, этого я не помню.
- Вот что ты кричал: «Это царь ромеев. Вот тот, чей род поднимет царство из праха».
Я промолчал. Тогда Исаак спросил:
- Любишь ли ты самодержца Романа? Любишь ли скифа на престоле Константина, который низверг тебя и заточил в монастырь?
Я снова молчал. Комнин продолжил:
- Мне часто снится такой сон. Будто стою я у врат Константинополя, а ко мне спиною стоит Константин Великий в древнем римском доспехе, как на колонне Траяна. Он увенчан лавровым венцом и смотрит на свой город, и говорит мне: «Делай, что должно». Все вокруг погружается в туман, из которого выступает престол. Константин смотрит на престол и говорит: «Иди, куда должен». И поворачивается ко мне, но лицо его в тумане. Вокруг я слышу шум, как от битвы, но туман скрывает все вокруг. Я знаю, что должен увидеть, что за туманом, но не могу, и просыпаюсь. Ты мог бы помочь мне увидеть, я знаю это. Помоги, и будешь первым после меня в этом царстве.
Я понял, что замыслил Исаак, и устрашился. Он ждал ответа, но я молчал, и он сказал:
- Ты поедешь со мной. Знай, что царь Роман отослал свое русское войско впереди себя, а сам остался с небольшой охраной. Мы устроим ему засаду, когда он покинет столицу и устремится в армию. А ты поможешь мне постичь смысл видения. Следуй за мной.
И в ту ночь мы со свитой Исаака покинули обитель. Я был пленником, но силой меня могли бы и не удерживать, потому что я загорелся надеждой все исправить и стать видным царедворцем.
Переплыв пролив, как вихрь, промчались мы по Эпиру, Фессалии и Фракии, и приблизились к Константинополю. Отовсюду к нам присоединялись друзья и воины, верные Исааку. И вот, глубокой ночью мы устроили засаду, и разместили лучников там, где должен был проехать Роман.
Расположившись на траве, что росла на вершине холма, я смотрел на Константинополь, мерцающий огнями. Из города доносились песнопения. Всюду горели костры. Народ молился о победе.
Исаак тоже сидел рядом, и глаза его сверкали. Мы ждали видения, потому что знали, оно посетит нас, едва мы увидим город при утреннем свете. И вот, когда солнце сверкнуло на куполе Святой Софии, мы увидели Константина в древнеримском доспехе. Он смотрел на свое творение, а потом сказал: «Делай, что должно». При этом город мы видели отчетливо, ибо туман пропал. Это стало возможным, когда видение Комнина соединилось с моим даром. Город предстал перед нами в запустении. Там, где были богатые дома, тянулись пустыри, заросшие травою. Скот кормился на площадях и улицах столицы. Вскоре город вспыхнул и почернел. Из праха поднялся трон, у подножия которого толпились полчища врагов. От них отбивались карлики в одеяниях базилевсов. Константин промолвил: «Иди, куда должен». На троне мы увидели самого Исаака Комнина, а потом целый ряд величавых людей с фамильным сходством. Лица сменяли друг друга, но трон становился все меньше, а толпы врагов – все больше. В скором времени небо налилось багрянцем, а полчища врагов протянулись до горизонта, и не было от них ни спасения, ни укрытия, и вскоре трон рухнул. Константин обернулся, и вместо лица его белели кости черепа и темнели провалы глаз.
Когда видение прекратилось, мы впали в оцепенение, и долго сидели неподвижно. Я чувствовал дыхание могилы и холод потустороннего мира.
- Что это значит? – спросил Исаак, и голос его прерывался. – Разве я не должен был спасти наше царство? Ты так сказал, ты сам кричал: «Это царь ромеев. Вот тот, чей род поднимет царство из праха». Но в моем видении я воссел на трон, и мой род, и это не спасло державы.
Я, собравшись с мыслями, высказал то, что лежало на сердце моем.
- Когда я предрекал базилевсу смерть, все решили, что это я про Романа Русского. Между тем никто не знает, что я видел другого человека. Я видел Романа Аргиропула, который так базилевсом и не стал. Ты говорил, что тебе кажется, будто что-то вокруг тебя не так. Может быть, что-то не так было и с Аргиропулом?
- Я не.. Я не понимаю тебя, Констант.
- Может быть, в силу каких-то неведомых причин судьба предназначила Аргиропулу трон, а он на него не воссел, хотя мог бы. Скажи, экзарх, если бы ты воссел на троне, все бы изменилось? Ты почувствовал бы, что мир, встал на свое место?
Он помолчал и сказал:
- Да. Говорю это не из честолюбия, но потому что чувствую: я должен был стать базилевсом.
- В таком случае, это видение о том, как сложится судьба Ромейского царства, если ты исполнишь задуманное.
- Но Константин сказал, чтобы я занял престол!
- Константин сказал: «Делай, что должно. Иди, куда должен». Он даже не указал на престол.
- Тогда почему у него было лицо мертвеца?
- Разве Константин – это не наше царство? Я сказал в видении, что ты восстановишь державу из праха. Но разве она во прахе? Мы потеряли Сирию, и это не означает нашего падения.
- Как понимать слова Константина?
- Разве ты должен убить того, за которого стоит половина нашего царства?
Исаак промолчал. Лучники ждали приказа. Из города показалась блистательная процессия. Комнин сел на коня и поехал к воротам.

Года 6605 инок Михаил Пселл записал этот рассказ в христианском граде Лютеции, в скриптории собора Галльской Богоматери.

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Вт сен 13, 2016 21:51 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
№ 3

Двадцать листов бумаги


Все, кроме него самого, считали Саджида аль Фариша очень удачливым человеком. И не удивительно, ибо всякий раз он возвращался домой с ещё большей прибылью. Вот и теперь его караван, сопровождаемый сотнями, тысячами завистливых глаз, проходил по улице аль Гафаки. «Счастливчик! – пропыхтел Омар, дуя в пиалу. Он не любил, когда чай слишком горячий, но и ждать не хотел. – Удача падает к нему в руки, как спелый персик!» – и, как бы изображая сказанное, впился в большой бархатистый плод. «А я что вам скажу, правоверные, не иначе как старый Саджид душу самому Иблису продал! Вот помяните моё слово...» - «Не болтай глупости, Мустафа! Ну какое «продал душу»? Умеет просто торговать сын Абдуллы из Баб аль Шабиллы» - «Да при чём тут «умеет», «не умеет»? Я тоже купец не из последних! Я тоже умею торговать. И что? Везёт Саджиду. Просто везёт. Счастливчик он!».
Но сам Саджид ибн Абдулла счастливчиком себя не считал. «Десять лет! – мысленно повторял он, восседая меж горбов бактриана. За этих диковинных верблюдов он в своё время выложил по шесть бархатов серебра. И нисколько не жалел об этом. – И никаких следов!» Саджид умел выведывать секреты: где деньгами, где обещаниями, а где и обманом. Однако ни в стране гэлахов, ни в стране бритов, ни в стране урусов - словом, ни в одной из варварских земель никто и слыхом не слыхал о юноше с буквой «мим» на правом локте.
От грустных размышлений Саджид перешёл к деловым. «Какую же подарить? Ту, что попышнее? Или с золотистыми волосами? Халиф, да продлит Аллах его дни на земле, неравнодушен к пышнотелым блондинкам». Но пышка на сей раз попалась тёмно-русая, а блондиночка не при телесах. Его люди малость ошиблись, схватили не ту. А когда, уже оторвавшись от погони, он развязал мешок, было поздно. Не возвращать же! «Нет, – решил купец, – благосклонность халифа кое-что да значит. Решено. В конце концов, дешевле уруске перекрасить волосы, чем откормить ливонку до нужной кондиции. Завтра, после утреннего намаза, я порадую Его Величество. А сегодня...».

***

«Вот везёт же людям! – Али с тоской смотрел вслед проходящему каравану. – Богатство, путешествия, приключения в далёких землях... Лавка на площади возле самого аль Лувра. А тут... Ну, какая, скажите, прибыль с чайханы, когда на одной улице аль Гафаки таких ещё десяток? Всё, – решил Али, – хватит! Чайхану продам, добавлю ещё кое-какие сбережения и...».
- Держиии!!! Держи вора!!!
Крик, подобно волку в стадо овец, ворвался в далеко идущие планы чайханщика. Он и сообразить ничего не успел, как из его чайханы, прижимая что-то к себе, выскочил тощий оборванец.
- Держиии! – закричал уже сам Али, бросаясь в погоню вслед за Гуссейном, Омаром и Мустафой. – Окружай! К Гончарному гони! К Гончарному! Там он от нас никуда не денется.
Действительно, из квартала существовало только два выхода. И, разумеется, все они были перекрыты, так что не прошло и четверти часа, как беглец оказался в руках разгневанных горожан.
- А ну, сын шакала, что ты там стащил? Дай сюда!
Али попытался отнять у вора свёрток, который тот прижимал к груди. Но паренёк дрался за добычу не хуже тигра.
- Ах, ещё и кусаться?! Ну, я тебе!..
Когда к Али всё-таки попало то, с чем никак не хотел расставаться дрянной мальчишка, чайханщик и его приятели были несказанно удивлены. У вора оказались бумаги. Да залапанные какие! Нет, из чайханы Али ибн Махмуда это украдено быть не могло никак. «Тогда откуда? И что, тысяча шайтанов, он спёр у меня?».
- Обшарить надо хорошенько, – сказал Омар, тыча в паренька толстым пальцем. Как будто мысли Али подслушал.
Хотя обыск ничего не обнаружил, отпускать пленника никто не собирался.
- Ну и что из того, что ничего не украл? Но ведь хотел же украсть! Хотел, хотел! Ты просто не успел, а? Сознайся. Скажешь правду - отлупим и отпустим, соврёшь...
- Нет, нет! Клянусь чалмой Пророка, я не вор! – торопливо, сбивчиво, с каким-то жутким акцентом заговорил пойманный. – Я хотел... Я надеялся... увидеть здесь одного человека. Ведь господин Саджид аль Фариш бывает здесь?
- Врёт он! – заявил Мустафа. – Сейчас я ему отрежу ухо, и он...
- Погоди, – остановил Али, – ухо и всё прочее отрезать ему мы ещё успеем. Мне интересно, как он будет выкручиваться. Эй ты, сын шакала, почему ты думаешь, что господин аль Фариш станет тебя слушать?
Усмешка тронула разбитые губы.
– Как же может дядя не выслушать своего племянника?

***

Если вы до сих пор не видели достопочтенного Саджида аль Фариша в гневе, то попробуйте потревожить его в то время, когда он мечет стрелы в яшмовую вазу. Да, да, конечно, завтра он её подарит халифу. Но сейчас! Сейчас... Ах, Любава! Груди твои!.. Бёдра твои!.. Гладкая кожа, шелковистые волосы... У наших женщин таких нет! Мягкие округлые формы девушки будили в старом Саджиде молодого жеребца. Рыча и сопя, купец...
- Господин! – в двери опочивальни стучали громко, настойчиво. – Господин, тут к вам... Говорят, не терпит отлагательств...
Если бы Ганс, уже успевший приноровиться к крутому нраву своего хозяина, не успел отскочить, он, несомненно, был бы убит резко распахнутой дверью. Глаза господина аль Фариша метали молнии.
- Если выяснится, что ты, грязная свинья, побеспокоил меня напрасно, я начиню перцем твоё жирное брюхо и скормлю псам!
- Господин, – ответствовал евнух, склоняясь настолько, насколько позволял живот, – там привели человека, который называет себя вашим племянником.
- Что?!! – в несколько секунд на лице Саджида успели промелькнуть и недоверие, и надежда, и сомнение, и ещё множество разных чувств. – Если правда, клянусь чалмой Пророка, получишь свободу.
- Нет, господин. Не надо.
- Что? – Саджид поднял бровь. – Ты не хочешь свободы? Что ж тогда так за неё дрался? – и он громко загоготал, пиная кастрата в жирный зад. – Ну, давай сюда гостей!

***

Большие константинопольские часы отсчитывали время. Два человека - пожилой, богато одетый, и молодой, в драных обносках, - смотрели друг на друга. За четверть часа никто из них не сказал ни слова. Только глаза вели простой, непонятный посторонним диалог: вопрос – ответ, вопрос – ответ...
- Обнажи правую руку выше локтя, – наконец потребовал старик.
Рука была грязная, как и одежда. И всё-таки буква «мим» довольно чётко проступала чуть ниже сустава.
- Надир? – Саджид всё ещё не верил своим глазам. – Надир, мальчик мой! О, Аллах! Услышал! Услышал мои молитвы! Эй! – крикнул он, распахивая двери. – Готовьте пир! Собирайте гостей! Надир нашёлся! – и уже тише, обращаясь к племяннику, добавил: – Дня через два отпразднуем твоё возвращение. А пока... Я прикажу принести чего-нибудь поесть?
Надир улыбнулся.
- Спасибо, дядя. Но больше всего мне хочется выкупаться. Я ведь не мылся уже почти два месяца!
Саджид воздел бровь.
- Да, да, – продолжал Надир, – два месяца. Вот с тех пор, как в последний раз в Преображенском монастыре душ принял, так и... Потом не было возможности. Я прятался, да и помыться в тех местах больше негде...
- Ты сбежал из монастыря, верно?
Надир кивнул.
- Тебя там обижали? Били?
- Да как сказать? Не так чтоб особеннно... Как всех. Монастырь- это очень суровое место, дядя. В пять утра подъём. Холодный душ. Молитва. Послушание, занятия бегом или подъём тяжестей... И снова холодный душ, снова молитва...
- Я просто сгораю от любопытства, – сказал Саджид, поднимаясь. И добавил: – Но сначала прими ванну. А потом мы будем есть плов, пить ароматный зелёный чай, и я буду слушать твой рассказ.

***

О том, что в христианских странах живут дикие варвары, не признающие доводов разума и не имеющие жалости, Надир случайно услышал из разговора отца с заезжим негоциантом из Баб аль Сафира. И хотя он уловил лишь несколько слов, они произвели на мальчика сильное впечатление. Поэтому, когда шестилетнему Надиру предложили креститься, он согласился без возражений, поскольку очень хотел выжить. Однако всё время, пока священник совершал таинство, Надир мысленно повторял: «Ля илляха им Алла...».
Жизнь в монастыре Надиру, то есть уже Никодиму, особенно трудной не казалась – быстро привык, хотя три вещи так и не полюбил: холодный душ, молитвы и изнурительные физические тренировки. А вот к занятиям математикой мальчик проявил немалую охоту и прилежание. Острый ум – семейная черта аль Фаришей – сказался в нём в полной мере. Саджид узнавал в юноше его отца, своего дорогого брата Рашида ибн Абдуллу. «Да будет земля ему пухом! Не послушал меня, отправился до самой Московии за новыми товарами. Вот и погиб от рук разбойников, да уготовятся им вечные муки. Ребёнка бросили в лесу! Если бы там не проезжали монахи...»
Рашид, помнится, тоже увлекался науками, собирал карты звёздного неба и, путешествуя по торговым делам, старался побеседовать с учёными, отдыхавшими в караван-сараях. Да и самому Саджиду нравилось подумать над заковыристыми загадками, а его дочь Зухра к девяти годам могла повторить любую однажды услышанную молитву.
«Сама судьба вернула Надира в родной дом, – подумал Саджид. – Кто как не он будет лучшим мужем Зухре, свету моих очей. Девочке скоро тринадцать, уже потихоньку засылают сватов все, кому не лень».
... Выучил молитвы и Надир, однако совсем не те, которым обрадовались бы его родные. Но что поделать? Мальчик сразу решил, что будет притворяться рьяным христианином, пока не придумает, как спастись из лап варваров. Да и ум требовал пищи, поэтому все священные книги Никодим прочёл и заучил наизусть. И вскоре получил право сидеть в монастырской библиотеке, сколько пожелает, а там уже зачитывался трудами лучших учёных халифата и разных Евклидов и Архимедов. К двенадцати ездил наравне со взрослыми на межмонастырские встречи, состязался в решении задач и участвовал в сложных расчётах. Неверные, не зная приличий, допускали, чтобы мужские и женские монастыри состязались и работали вместе, чтобы женщины с незакрытыми лицами находились в одной комнате с мужчинами. Что творится на этих встречах ночью, легко представить... – думал Саджид.
После всех испытаний Надиру надо было выговориться, но его рассказ печалил пожилого купца. Племянник гордился, что мог одержать победу в каком-нибудь религиозном споре благодаря своим знаниям христианских книг, или что решал задачу быстрее монашки-уруски. Бедный мальчик, сколько предстоит распутывать эти бредни Иблиса в его голове. Зашла речь о том, что женщинам позволялось поучать мужчин, а те смиренно признавали их «заслуги».
- И с тобой такое случилось? – догадался Саджид.
- Да, дядя. Меня учила женщина, бритка.
- Чему же может научить отродье шайтана? Готовке? Вышивке? – захохотал Саджид.
Надир помолчал немного. Слова дяди его, казалось, не обидели, но... огорчили?
- Обращению со счётными машинами. Бриты умелы в расчётах и мастерят механизмы,которым это можно поручить.
Саджид уловил противоречие: зачем бы тому, кто умел в расчётах, заменять себя кем-то, а тем более чем-то? – но не стал перебивать.
- В этот раз они привезли с собой несколько простых машин... старых, они уже построили новые, в несколько раз больше, но те стоят у них в монастырях, их с места не сдвинуть. И все дни напролёт на них ведут расчёты. Некоторые так важны, что в монастыре живут посланницы короля, чтобы сразу доставлять ему результат.
Он перескочил в своём рассказе на станки, ткущие любые узоры – о них был наслышан и Саджид, ткани с причудливым рисунком возили его друзья из Британии, но как связаны ткацкие станки и вычисления, понять было невозможно. Надо же, чем заполняются головы, не занятые правильной молитвой! Ещё век или два, и вместо слов варвары будут реветь, как ишаки. Вон что случилось с умным парнем всего за десять лет. Ах, порождения навозной кучи!..
- Станками тоже можно управлять, как счётными машинами. Для этого нужны... указания, их можно записать, и потом... выбить на листах, которые... не могу объяснить. – Речь юноши становилась всё более путаной. – Если бы ты знал математику!
- Положи-ка себе ещё кусок вот этого фаршированного ягнёнка, – предложил Саджид, – тебе ведь, наверное, столько лет пришлось есть одну свинину?
- Благодарю, дядя, – Надир рассеянно отправил в рот ароматное мясо, – да, свиным запахом там, кажется, всё пропитано. И, знаешь, они смазывают сочленения свиным жиром.
- Кто? Какие сочленения?
Монашки и монахи мажут себя свиным жиром, прежде чем... Эта картина мелькнула перед глазами старика.
- В машинах, там, где соединяются металлические части. Так и говорят: это чтобы наши секреты не пытались украсть арабы и иудеи.
- Да кому нужны их секреты? Христиане отродясь мастерили всякие машинки, от которых никакого проку. Всё потому, что сами они лентяи, а слуг держать им не по карману. Знаешь, дорогой мальчик, я так счастлив, что ты вернулся, но мне тяжко слушать о безумствах и непотребствах дикарей. Расскажи лучше, как ты смог спастись, и возблагодарим Аллаха за это чудо.
- Но подожди, дядя, я не дошёл до главного. Мне удалось зарисовать эти машины и скопировать чертежи! И все указания для вычислений, которым меня научила сестра Сара... та бритка... они при мне. Всё на двадцати листах. Давай покажу. Я даже смог продвинуться вперёд! Она как раз пыталась найти...
- Зачем тебе их чертежи, вычисления? И зачем они мне? Ты ещё соверши передо мной их намаз!
- Нет, сохрани меня Аллах! Но то, что в моих бумагах, очень важно. Я собираюсь показать эти чертежи халифу, встретиться с учёными. Мы построим свои счётные машины!
Он потянулся к свёртку, который – вспомнил Саджид – был при нём, когда его привели. Вынул захватанные листы, протянул над столом.
- Вот.
- Хорошо, хорошо, пусть будет по-твоему. Встретишься с учёными, они посмотрят твои записи. Возможно, и с самим халифом, если он найдёт время. Только сейчас убери их подальше – вдруг на бумаге остались пятна от того свиного жира... Давай допьём чай и пойдём отдыхать.

***

И снова Саджид аль Фариш не мог считать себя счастливым человеком. Все знакомые поздравляли: племянник, сын единственного брата, нашёлся! Но ум Надира был помрачён, а дух смущён шайтанскими науками. Вот уже полгода как юноша вернулся, давно смыл с себя грязь и пыль монастырей, поправил здоровье сытной едой. А двадцать листов продолжал носить с собой, делал какие-то пометки, вычислял. Хуже того: показывал их математикам, всем, каких мог найти – конечно же, из числа правоверных, – даже учителям школ по всему Парижу. Как ни пытался дядя отвлечь его, занять мыслями о торговле – ведь Надир должен был стать преемником в семейном деле, – порадовать всеми благами богатой жизни... ничего не помогало. Пересчитав товары в лавке, встретив и проводив покупателей и обстряпав удачную сделку, Надир, едва выдавалась свободная минута, погружался в размышления.
Немного успокаивало, что все, с кем он заводил беседу о машинах и указаниях для них, называли это глупостью и бесполезной тратой времени. Мулла из Главной Парижской Мечети прямо сказал: выдумки детей овцы, призванные запутать ум сынов Аллаха. Зачем нужно, чтобы какие-то колёсики и стержни считали вместо мудрых людей? Как глупые рабы будут управлять такими сложными машинами? Ах, сами математики должны делать грязную работу и двигать рычаги? Ну, юноша напрасно старался, не то что халиф, а даже помощник второго конюшего не станет его слушать.
Надир больше не заговаривал с дядей о визите к халифу и учёным, но теперь искал встреч с морскими путешественниками. Что скрывать, Саджид когда-то подумывал о торговле аль-барахскими товарами, но в молодости отец ему отсоветовал, а теперь уже годы не те... вот как раз Надир мог бы плавать на другую сторону света. Однако услышав его разговор с тремя капитанами, зашедшими в чайхану Али, Саджид понял, что это просто новое лицо помешательства, охватившего племянника.
- Знаете, почему бриты и урусы прибрали к рукам половину Аль-Барахии, хотя и стали плавать туда позже андалусских моряков? А почему сейчас они теряют в пять раз меньше кораблей, чем мы? Точные расчёты!..
Надо было вмешаться, пока мальчик не наговорил глупостей: может быть, эти люди однажды станут возить им товары, ни к чему давать повод для сомнений. Саджид быстро приблизился, приветствовал путешественников, заказал им угощение и перевёл разговор на другие вещи. Надир понял замысел дяди и смолк. Но купец понимал, что не сможет вечно присматривать за племянником и скрывать от всех состояние его ума. Воистину, мысли юноши были спутаны, как борода дервиша!
И тут Зухра, умнейшая из дочерей, когда-либо посланных Аллахом отцу, придумала план. Единственный, способный спасти разум и душу Надира.
Во время обеда она попробовала одно блюдо, другое – а приготовили в тот день цыплёнка в медовом соусе, плов с шафраном, на сладкое лукум с розовыми лепестками, не говоря уже о салатах и закусках, – и попросила позволения уйти из-за стола.
- Что-то не хочется сегодня.
И на ужин съела меньше обычного. На следующий день её пришлось уговаривать, чтобы выпила хотя бы пиалу супа. Словом, было совершенно ясно, что Зухра заболела. Она стала слабее, лежала почти все дни, и старый семейный табиб, выходя от неё, печально качал головой.
- Нет, господин Саджид, лучшие лекарства бесполезны. Тело вашей дочери здорово, хотя и истощено – должно быть, это злые силы хотят вам несчастья.
Отец отложил в сторону дела и не покидал дом. Лавка была поручена Надиру, но и он не находил себе места. Ведь он полюбил Зухру, как только увидел, а когда дядя пообещал её в жёны Надиру, его любовь усилилась стократно. И теперь приходилось проводить все дни вдали от возлюбленной, не зная, что с ней. Надир по несколько раз в день тайком посылал слугу домой – будто бы с мелкими поручениями, а на самом деле, чтобы узнать о здоровье Зухры. Вести не радовали: ей не становилось хуже, но и на поправку девочка не шла.
И вот семейный табиб разобрался в недуге: Зухру преследует джинн. Мерзкое создание не успокоится, пока не изведёт свою жертву окончательно либо пока не будет изгнано навеки. Начались визиты мулл, окуривание дома благовониями, и когда Зухра всё же выходила из спальни, на шее у неё болтался с десяток медальонов с молитвами. Ничего не помогало.
- Мы перепробовали все средства, известные правоверным, – заявил однажды вечером табиб.
Надир, услышав это, задумался.
- Скажите, табиб, а не мог ли джинн прибыть со мной издалека?
- Мог, ещё как мог. Там, где кругом грязь и дикость, где нет истинной веры, джинны способны плодиться стаями. Кто знает – возможно, поэтому на него не действуют наши средства.
И переглянулся с Саджидом. Но Надир, погружённый в свои мысли, не заметил этих взглядов.

***

Поздно ночью дверь в спальню Зухры скрипнула. Весь дом был погружён в сон, даже служанка Зухры похрапывала у себя в закутке, от страха перед джинном укрывшись тремя покрывалами. У постели больной горели лампы с багдадским ароматным маслом. Надир, как кошка, прокрался внутрь и подошёл к Зухре. Девочка лежала бледная, исхудавшая, от слабого шороха тут же открыла глаза.
- Надир, что ты здесь делаешь? – произнесла она.
- Тише, моя любовь, не бойся. Я пришёл тебя спасти, – прошептал Надир.
Он вынул из-за пазухи двадцать листов бумаги.
- Проклятый джинн прицепился ко мне, тайком сопровождал в пути и здесь выбрал тебя своей жертвой. Но я знаю, как его уничтожить. Дядя, должно быть, прав : бумаги пропитались свиным жиром. Посмотрим, вынесет ли джинн его воззжение!
С этими словами он поджёг первый лист, от него второй, третий. И чудо свершилось – Зухре становилось лучше с каждой минутой! Она задышала глубже, приподнялась на подушках. Когда сгорел последний, двадцатый лист, Зухра встала с кровати.
- Я здорова! Джинн изгнан! Я полностью исцелилась!
Тут проснулась служанка и, увидев в покоях хозяйки мужчину, подняла крик. В спальню вбежал Саджид.
- Кто здесь? Держи вора! Постойте-ка... Надир, тебя ли видят мои глаза? Неужели ты забыл о приличиях?
- Отец, Надир исцелил меня! – воскликнула Зухра. – Он сжёг свои записи, и джинн покинул меня. Он больше не вернётся, я это знаю.
Саджид просветлел лицом.
- Надир, бесценный племянник! Нет, не племянник – мой сын! Дайте я обниму вас обоих! Завтра же обручитесь в Главной Мечети. Заплачу мулле любые деньги, чтобы принял вас первыми! Эй, Ганс, поди сюда...
С этими словами он вышел, чтобы распорядиться о завтрашних приготовлениях.

***

Обручение праздновали всем торговым кварталом целую неделю, а большую свадьбу назначили через три месяца: нужно было созвать гостей со всего халифата.
Впервые за долгие годы Саджид аль Фариш был так счастлив, что сам себе завидовал. Надир окончательно забыл безумные выдумки и занялся торговлей. В ближайшее путешествие с караваном дядя собирался взять его с собой, а через несколько лет передать все дела его заботам.
И ни до свадьбы, и никогда после ни один джинн не потревожил покой молодых супругов.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Вт сен 13, 2016 21:55 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
№4

Страха смерти больше нет

За десять минут до утренней молитвы будильник звенел радостно, за пять минут — строго. Свет включался постепенно, и к тому времени, как Нежана встала (со вторым звонком, чтобы не начать размышления о конференции раньше времени), стены были освещены в полную мощность. Пока кровать заправлялась, хозяйка успела умыться. Вознося благодарность за новый день, полностью сосредоточившись на движениях и словах молитвы, Нежана чувствовала, как силы наполняют всё тело.
Конференция «Теология на радость обществу» год от года собирала всё больше участников и слушателей. Четыре месяца Нежана готовила материал для доклада, проверяя каждую цифру, еще месяц ушел на сочинение окончательного текста. Теперь ей предстояло выступать первой.
По окончании молитвы включился экран — самое важное надо узнать с утра. «Новости веры», «Новости страны», «Новости мира», даже «Погода» — всё стоило внимания, чтобы днем обдумать и обсудить с друзьями.
Главное известие — новое постановление Совета Духовности о приеме лекарства перед молитвой, чтобы в молитве попросить прощения за возможное нарушение Божьей воли, а также решение считать слово «рогоносец» не оскорблением, а богохульством. Ведущий также напомнил о принятом месяц назад запрете осенять знамением сиденья в общественном транспорте и лифтах, при том, что двери осенять не возбраняется, однако не рекомендуется.
Новости страны пришлось пропустить, чтобы как следует собраться. Взяв со стола электронный блокнот с текстом доклада, Нежана осмотрела квартиру и проверила, везде ли идеальный порядок. Сыновья могли спать еще полчаса, автоматика на кухне уже готовила для них завтрак, а прачечное отделение гардероба вывесило чистую, отглаженную одежду — за этим мать следила особо тщательно.
Внешний вид должен быть безупречен: неряшливость - признак праздности или разврата. Нежана убедилась, что ни одна складка не подчеркивает линии тела, прошлась перед зеркалом — словно проплыла, юбка даже не шелохнулась.
Последняя новость, которую удалось услышать перед выходом, — цунами в грешной стране. Сообщалось о количестве погибших, общем уровне духовности в стране, а также о направленной туда помощи. Сердце защемило, и Нежана решила вечером прочесть сто молитв во спасение.

Лифт, подъехавший, пока Нежана шла от двери в квартиру, спустился прямо в метро. Две минуты ушло на то, чтобы по подвижным платформам дойти до станции, еще через минуту прибыл поезд. На экранах шли всё те же новости о цунами, и с пометкой «Важно!» показывали снятые с вертолета кадры с настоящим чудом: посреди разрушенного и полузатопленного городка высился нетронутый стихией Божий храм. Нежана и несколько попутчиков склонились в молитве благодарности.

Станция «Красная площадь». Подумать только, как быстро всё меняется — всего двенадцать лет назад шли споры о судьбе мавзолея и переименовании Ленина. Самым трудным оказалось решить: называть ли теперь вождя Владислав или Владитруд. Оставить прежнее имя было невозможно — никому, кроме *Бога*, не дано владеть миром, * Бог владеет всем миром *; и выбрали имя Владитруд — это отражало свершения сего, как-никак, значительного исторического персонажа, в то время как Владислав имя самостоятельное, Ленину при рождении не данное.
Нежана достала электронный блокнот, чтобы в последний раз перечитать доклад, который знала наизусть. И только теперь обнаружила, что второпях взяла блокнот старшего сына вместо своего. Нежане повезло, так как материалы она хранила в файле с удаленным доступом; оставалось надеяться, что у Героя нет в школе срочной контрольной, для которой понадобится незашифрованный материал.
Она запустила программу... и перед глазами потемнело. В блокноте, куда она закачала для любимого сына самые красивые орнаменты, изречения святых, охраняющие молитвы и духовную музыку... который она купила на праведно заработанные деньги... воспитывая детей в одиночку, безо всякой помощи... На заставке была такая мерзость, что любой увидевший ее должен провести неделю в постах и молитве.
Но даже теперь Нежана не утратила спокойствия. Она вздохнула глубоко, но незаметно для окружающих, так что грудь не приподнялась. Ввела пароль. Появился знакомый бежевый фон с вязью из сплетенных рук по краям. Папка была на месте, и доклад «Имя Божье против страха смерти» всё так же вселял надежду. Нежана понимала, что по-настоящему успокоится только тогда, когда сын раскается и искупит свой грех, но, вчитавшись, сумела на время отвлечься от мыслей.

До начала оставалось десять минут, но зал был полон. Она быстро прошла на свое место, не оглядываясь по сторонам, и только присев, кивнула нескольким знакомым. Когда председатель пригласил ее, Нежана почувствовала, что до сих пор не оправилась от потрясения. Хотелось рассказать всем о том ужасе, что она видела на рабочем столе сына, об отчаянии, поселившемся в душе... но она начала выступление с другого.
- Мои братья и сестры по вере! Я шла сюда, чтобы поделиться радостью открывшихся мне * с Божьей помощью * истин, но не могу не выразить горе. Вы уже, должно быть, слышали новость о наказанных грешниках на другом краю света. И хуже всего, что при этом другие грешники противятся Божьей воле, называя это «оказанием помощи». Молюсь, чтобы они поняли всё величие Того, кто посылает кару, и прекратили жизнь во грехе. Удел тех, кто не раскаялся и не ступил на новый путь после такого потрясения, незавиден, но еще страшнее будет судьба тех, кто мешает им в этом. Вместо того, чтобы отвернуться от получивших наказание, вместо того, чтобы указать им на глубину падения, — они пытаются облегчить их положение. Молюсь, чтобы и те, и другие получили еще более явное доказательство Божьего могущества и прозрели истину, пока не поздно.
Нежана ненадолго склонила голову, а поднимая взгляд, увидела, что весь зал так же склонился в молитве.
- Мы входим в новую эру, эру торжества нравственности и приближения всеобщего блаженства. Научная философия с ее плоской логикой спасовала перед духовными доказательствами бытия Божьего, которые ныне не опровергаются, как это было в прежние дикие времена. Наконец пришло счастливое разделение обязанностей: наука вернулась к своим корням, к прикладной роли, в то время как религия в полной мере взялась за спасение наших душ.
Всё еще остаются те, кто считает, что можно веровать «сердцем», при этом продолжая вести светскую жизнь, не молясь, не соблюдая пост, не участвуя в религиозных праздниках. Но это величайшее заблуждение! Отвергнуть один из наказов - всё равно что отвергнуть все, ведь каждая заповедь дана нам Богом. Можно ли чтить законы государства «сердцем», в то же время нарушая их? Нет, ведь это будет преступлением. Так же и с Божьими законами, которые одни дают нашей жизни смысл — смысл выполнять Высшую волю.
С каждым словом Нежана чувствовала, как растут поддержка и одобрение зала. Всё проходило по плану, на экранах шло сопровождение. Графики преступности в тех странах, которые не приняли веру как государственную идеологию. Примеры продолжающегося греха и распада личности и общества. Прогнозы специалистов гласили: эти страны ждет окончательное вырождение в ближайшие шестьдесят лет. К сожалению, к этому времени они успевали значительно исчерпать природные ресурсы, в отличие от населения, невосполняемые.
- Но главная беда жителей этих стран — постоянный страх. Вместо надежды, которую мы видим в Господе, они могут испытывать только отчаяние, в которое погружаются всё глубже и глубже.
И только нам, живущим с именем Бога на устах и в душе — * Слава Тебе, Господи! * — неведом страх. Мы знаем, что каждая секунда нашей жизни определена заранее, и мудрая воля направляет наши поступки.
Аплодисменты оглушили. Вопросов не было.
В перерыве к Нежане подошел мужчина ее возраста. Она помнила его по предыдущим конференциям — всегда оживленный и восторженный, он успевал везде побывать и всех о чем-то расспросить, — но до сих пор они не пересекались. Занимался он, кажется, сельским хозяйством. Мужчина сразу представился — Смирен Покровский
- Очень рад, очень. Давно хотел побеседовать с вами, * Бог дал счастье *, спасибо, большое спасибо. Замечательный доклад. Вы меня поразили, просто поразили. Редкий для дамы ум! Наблюдательность. Столько новых идей.
- Пользуюсь тем, что мне дано. Вы тоже читаете доклад? После обеда, если не ошибаюсь?
- Да, и прошу вас непременно ознакомиться. Мне кажется, ваши мысли перекликаются с темой нашей работы. «Страх смерти у обделенных разумом созданий» - так удивительно, что эти идеи пришли нам одновременно!
- О нет, они витают в воздухе.

Читая доклад, Смирен был абсолютно серьезен, говорил неторопливо и размеренно.
- Волны мозга животных незадолго до забоя изучены давно, и о страхе смерти, отчетливо проявляющемся и поддающемся расшифровке, известно. Мы пошли дальше и исследовали электрохимические процессы в овощах перед их разрезанием. Но для начала позвольте всё же напомнить результаты предыдущих научных работ.
На экранах появились известные выкладки. Животные, выращенные с заботой и молитвой, совершенно не испытывали страха смерти, в отличие от животных, прибывших из-за границы, из грешных стран — даже после освящения они оставались испуганными, а при забое показывали все признаки стресса. Мясо их, разумеется, считалось менее качественным и было дешевле местного.
- Стресс, который испытывают животные, вызван страхом смерти. Не имея души, они не могут общаться с Господом, * да святится Его имя *, оставаясь всё же Божьими созданиями.
Растения, созданные раньше животных, были тем не менее сильно изменены вмешательством человека. Однако радость жизни и страх смерти свойственны им в той же степени, и наша команда доказала этот бесспорный факт. Всемогущество Всевышнего проявляется и здесь, ведь и человек, как бы ни пытались его изменить окружающие, сохраняет вложенную в него душу, которой дано предстать на Высшем Суде.
Опыты были просты и гениальны, и оставалось удивляться, почему этого не сделали раньше. Ведь так просто — узнать, что чувствуют перед смертью растения.
- Посмотрите, вот кривая ионных реакций. В момент отрывания черенка она резко меняется. А теперь обратите внимание на эту кривую в момент поднесения ножа. Можно наблюдать, как плод старается увернуться от лезвия! Но ему не дано способности двигаться. Нам остается только уповать на милость Господа и надеяться, что рано или поздно нам прояснится, почему в своем величии он наделил каждое создание, каждую клетку страхом смерти, не дав при этом облегчения молитвой или раскаянием.
Вопросов не было и к Смирену. Открытие ошеломляло.

- Мама, о чем ты хотела поговорить? Да, мне пришлось сегодня взять твой блокнот...
Нежана показала заставку на экране.
- Думаю, ты уже понял, в чем дело. Что это такое?
- Просто красивый рисунок, — сын отводил глаза.
- Лжешь! Отвечай мне: почему он хранится в твоем блокноте? Ты понимаешь, что ты осквернил все Божьи слова, внесенные в память, все песни, исполненные во славу Божью? Как ты посмел даже смотреть на такие развратные картинки, где ты нашел их?
- Ничего развратного... Всего один рисунок.
- Молись, Герой. Не знаю, простит ли тебя Господь, но уповаю на его волю. Наверное, я плохая мать, если не смогла уберечь тебя от греха.
Она знала, что делать этого не стоит, но не сдержалась и швырнула блокнот. В последний момент он перевернулся, и смеющаяся девушка у моря, сверкающая бесстыдно оголенными плечами и коленями, ударилась лицом об пол. Сын вздрогнул, когда осколки разлетелись во все стороны, но не попытался остановить мать ни словом, ни движением. Даже в гневе она подумала, что выбрала верное имя своему первенцу.
Нежана уже не знала, поможет ли молитва сыну, но ей не раз удавалось найти поддержку Господа. Вот и сейчас, поднимая глаза, она почувствовала озарение. Выход был!

- Смирен, скажите, у вас назначены опыты на завтра?
-Да, нам как раз доставили новое оборудование. Отличное оборудование, позволяющее вести наблюдение по восьми параметрам одновременно...
- Мне бы очень хотелось попасть в вашу лабораторию. Есть одна идея, которую я хочу проверить, но предпочту сделать это на месте.
- Нежана, уважаемая, вы окажете мне честь!

В центре комнаты стоял стол. К лежащему на тарелке помидору были подсоединены датчики, на экранах ползли графики и мелькали цифры. Смирен попытался было объяснить, что они означают, но сейчас это было абсолютно неважно.
Она занесла нож и с молитвой в душе громко сказала: «* Твоя воля! *». После чего опустила его на помидор и сделала уверенный надрез. Ей даже не требовалось смотреть на экран — озарение уже всё прояснило в её судьбе и в будущем всего мира — но все, кто был в лаборатории, вздохнули как один.
Сразу после этих двух слов все графики пошли вниз — неразумное создание отдавало себя в Руки Господа... Вот почему душа была дана любимым детям Господа — чтобы они несли Его величие и славу дальше и распространяли ее на тех, чьими судьбами распоряжаются.

Нежана вышла в коридор — ей нужно было остаться одной. Открытие будут проверять и перепроверять, повторяя опыт в разных ситуациях. Научные работы с ее именем зачитают перед огромными залами... Нужна ли ей слава? Кажется, нет. По крайней мере, не научная.
Ей предстояло стать в ряд с пророками и праведниками прошлого. Пора донести до всех радостную весть: Господь даёт защиту всем. Разумным и несмышленым, наделенным душой и обделенным ею. А значит, любой может рассчитывать на величайшую милость: законопослушные и преступники... и даже самые страшные грешники.

Поздно ночью, после молитвы, она пришла в комнату Героя.
Сын лежал на спине, положив одну руку под голову — совсем как его дед и дядя. Оставалось надеяться, что ему снится такой же праведный сон, какие видели и рассказывали за завтраком они — о подвигах во имя веры, о Вратах Рая... Стены торжественно мерцали, а когда мать ступила в комнату, засветился и пол, и всё вокруг сейчас походило на иллюстрацию к священным текстам. Нежана внимательно посмотрела на спящего сына. Улыбнулась, произнесла «* Твоя воля! *» и милосердно опустила нож.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Ср сен 14, 2016 18:54 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
№5

Гурии Сулеймановых островов


Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

Дорогие телезрители!
Наш телеканал «Аль-Франкия» совместно с Бюро Экзотических Путешествий «Синбад» в рамках проекта «Новая Шахразада» представляют вашему вниманию дневник Мансура ан-Ниццари. Уроженец эмирата Джаляль-аль-Хиляль, известного всем правоверным как Лазурный Берег, полгода назад бесследно исчез на одном из Сулеймановых островов, оставив в комнате, где ночевал последний раз, почти все вещи, среди которых и были найдены эти записи.

5 день месяца Рамадан 1437 года Хиджры
(10 июня 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Первый день первенства Халифата по ногомячу. Бывалые люди говорят, что такого количества приезжих не видели даже в Мекке во время хаджа. Торговля идет так бойко, что владельцы лавок и духанов не успевают подсчитывать выручку. Неужели Аллах послал и на нашу долю немного удачи?

6 день месяца Рамадан 1437 года Хиджры
(11 июня 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Да падет гнев Всевышнего на проклятых пришельцев с западных островов! Тысячи этих рыжеволосых порождений Иблиса превратили наш мирный город Марс-эль-Араб в поле битвы — повсюду, где они появляются, остаются только следы разгрома и запустения, да еще черепки кувшинов из-под запретных напитков. Но что для этих притворных мусульман стоит «Харам!» пророка Мухаммеда? Увы!
А наша трусливая городская стража появляется только тогда, когда нужно стрясти лишний дирхем с простого обывателя. Когда же нужно, их не дозовешься — сколько ни взывал о помощи наш почтенный сосед Муса ибн-Юсуф, никто из этих грязных шакалов даже не откликнулся...

17 день месяца Рамадан 1437 года Хиджры
(22 июня 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)

Совершеннейшую правду говорят ученые улемы, будто Аллах долго терпит, но больно бьет!
Наконец-то нашлась управа на этих рыжеволосых! Этим отморозкам было мало наших лавок и духанов, и они напали на Старый порт, где поселились на время Игр несколько сотен пришельцев из северной страны ас-Сакалиба. И вот здесь нашла коса на камень — под рукоплескания всего города северяне выгнали рыжих псов прочь. Целых два фарсанга те трусливо бежали, роняя сопли и окровавленные зубы, хотя их приходилось по пять или шесть на каждого из могучих пришельцев. Но ведь сказал кто-то из мудрецов древности: «Не поможет крепость булата тому, кому не хватает крепости духа!»
И всю ночь город праздновал эту победу над рыжеволосыми: каждый из духанщиков считал за честь угостить встретившегося северянина медовым напитком его далекой родины, а широта души пришельцев ни за что не позволяла им пить в одиночку, и потому до утра не останавливалось шумное веселье.
И я, и мои друзья тоже были захвачены этой неистовой радостью — ведь, хвала Аллаху, в аятах нет запрета для правоверных на медовый напиток!
Но, Всевышний, как же болит наутро голова...

21 день месяца Рамадан 1437 года Хиджры
(26 июня 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Сегодня воистину Ночь Предопределения, ибо решится, чьей команде идти дальше в споре за Кубок Халифа — нашим десяти и одному или рыжеволосым. Аль-Франкия замерла в напряженном ожидании...
(спустя два часа) Победа!!! Весь Марс-эль-Араб в едином порыве высыпал на ночные улицы. Презренные повержены, пусть для этого и пришлось изрядно потрудиться нашим удальцам мяча...

5 день месяца Шавваль 1437 года Хиджры
(10 июля 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


О, почему я, несчастнейший, дожил до этого черного-пречерного дня?!
Сегодня наша сборная стояла в одном шаге от триумфа и все-таки уступила игрокам Аль-Андалус. Какими словами мне передать все разочарование жителей нашего эмирата? Бедные экраны дальновизоров, установленные на площадях города, — столько плевков и поношений, предназначенных нашим безвольным игрочишкам, они не видели с момента своей установки.
Не смей останавливать меня, презренная! Пойду залью горе сладостью северного напитка...

12 день месяца Шавваль 1437 года Хиджры
(17 июля 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


О, я жалкий червяк под копытами шайтана! О, моя нежно-любимая Аль-Исса! Где был твой разум, Мансур, когда твой заплетающийся язык, ведомый Отцом Лжи, трижды произнес сии мерзопакостные слова?! И зачем только Аллах создал это отвратное пойло?! Неужто теперь вся твоя судьба уподобится участи несчастного пожирателя кореньев, попавшего в дупло к диким пчелам?!
Воистину Иблис говорил моими устами, когда я заявил своей жене, пришедшей забрать меня из духана: «Уйди, женщина! Талак тебе столько раз, сколько пиал выпито мною!»
И повторил это потом дважды в присутствии кади и множества свидетелей.
О, я несчастнейший из несчастных...

16 день месяца Зуль-хиджа 1437 года Хиджры
(14 сентября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Клянусь Всевышним, я скоро сойду с ума! Какой мужчина в расцвете лет может вытерпеть столь долгое воздержание?!
Вот уже два месяца я не видел такого желанного женского тела. Больше того — все встречные девушки и женщины закрывают лицо при виде несчастного Мансура и хихикают ему вслед. Даже на переполненном в нынешнюю жару городском пляже та же картина...
Аллах свидетель, попадись в мои руки изобретатель буркини, я удостоил бы его всех ста двадцати четырех видов адских мучений, что перечислены в священных книгах...

(спустя три часа) И даже блудницы из квартала красных фонарей не хотят брать плату за ласки у того, кто променял женскую красоту на игру в ногомяч...
За что мне такие мучения?! Может, медовое питье поможет мне хоть ненадолго забыться?

12 день месяца Мухаррам 1438 года Хиджры
(13 октября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Сегодня заканчивается, наконец, время идда, в течение которого разведенной женщине запрещено снова выходить замуж. Пойду брошусь к ногам моей прекраснейшей Аль-Иссе, буду умолять её сменить гнев на милость и снова обратить на бедного Мансура свой благосклонный взор...

13 день месяца Мухаррам 1438 года Хиджры
(14 октября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


О, я несчастнейший из смертных! Моя прекрасная Аль-Исса уехала в землю ас-Сакалиба, оставив письмо с категорическим отказом встречаться со мной...
Как будто я запрещал ей совершенствоваться во врачебном искусстве здесь, в эмирате...
Ну, может, повысил десяток раз голос, но и только — даже плеть всего однажды взял в руки...
А она мне такое пишет...
А в городе все по прежнему - ни одна женщина даже не глядит на меня...
Где мой напиток забвения...

17 день месяца Мухаррам 1438 года Хиджры
(18 октября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Выход найден! Скоро, по воле Аллаха, я стану счастливейшим из смертных! Ибо уже завтра смогу усладить свой взор (а, может, и не только взор!) видом прелестнейшего женского тела.
Я продал себя на месяц в рабство трем сестрам-гяуркам, отправляющимся отдыхать на Сулеймановы острова. Конечно, Коран запрещает мужчине смотреть на чужих женщин, но воля невольника в руках его хозяек, а потому нет греха в том, чтобы добросовестно выполнять все их приказания...
Выяснить бы еще — отчего столь чудесные острова, названные именем Сулеймана ибн-Дауда, благослови его Аллах, так мало посещаются правоверными...

19 день месяца Мухаррам 1438 года Хиджры
(20 октября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Первый день, как мы на новом месте, а я уже узнал причину столь малого числа правоверных в этом райском уголке.
Это вездесущие свиньи — сии нечистые животные прямо-таки кишмя кишат повсюду. Хвала Всевышнему, их нет здесь, на территории усадьбы, где мы поселились. Но мне пришлось дважды выходить в местную лавку за всякими мелочами для моих хозяек, и оба раза я с трудом уклонялся от столкновения с этими нечистыми тварями.
И вообще сегодня дел в новом доме было невпроворот — устал так, что еле-еле доплелся до постели, упав на одеяло, как загнанный верблюд.
Но не каждый же день переезжаем...

22 день месяца Мухаррам 1438 года Хиджры
(23 октября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Вчера сестры велели приготовить достархан в беседке на берегу моря. И когда все блюда были расставлены, старшая усадила меня рядом и, налив полную чашу пальмового вина, приказала: «Пей! А не то...»
На что мне пришлось ответить: «Слушаю и повинуюсь!»
И все взяли чаши и выпили, а она сошла с ложа к своей сестре, и мы не переставали (и меж ними я, прости мне мои грехи Аллах!) пить, плясать, смеяться, петь и произносить стихи. И тут уж я не терялся — по возможности то приобниму одну, то поглажу по прелестным выпуклостям другую, а то прижмусь поцелуем к розовым пальчикам третьей. А они тоже разошлись не на шутку - одна покормит кистью винограда из своих рук, другая ударит веером за слишком жаркое объятие, та стукнет по затылку за нерадивость, а эта поднесет новую чашу с вином, веля непременно выпить до дна на брудершафт. И так я проводил с ними время приятнейшим образом и сидел, словно в раю, среди большеглазых гурий.
И так продолжалось, пока вино не заиграло в головах и умах; и когда сей хмельной напиток окончательно взял власть над нами, старшая встала и сняла одежды, и, оставшись обнаженной, распустила волосы покровом и медленно спустилась к морю.
Она стала играть в воде и плескалась, и ныряла, и брызгалась, а потом вымыла своё тело и то, что между бедрами, и, выйдя из воды, бросилась мне на колени и сказала: "Отвечай без утайки: как называется вот это?" - показав на свой фардж.
"Твоя матка."
"Ой, и тебе не стыдно?" - и град подзатыльников обрушился мне на голову.
"Твой фардж", - на в этот раз пострадала моя шея.
"Твой кусс!" - теперь уже спина познакомилась с увесистой палкой, которую держала средняя.
И всякий раз, как я говорил какое-нибудь название, сестры все прибавляли ударов, пока я не взмолился: "Как же это, по-вашему, называется?"
На что получил ответ от старшей, уже облачившейся в новое, весьма соблазнительное одеяние: "Базилика храбреца!"
Потом мы снова пустили чашу в круг, и спустя какое-то время средняя сестра, сняв с себя
одежды, окунувшись в море и поплескавшись в свое удовольствие, бросилась ко мне на колени и спросила, указывая на свой хирр: "О свет глаз моих, как это называется?"
"Базилика храбреца!" - закричал я, но она воскликнула: "Нет!" - и дала затрещину, от
которой зазвенела вся посуда в беседке.
"Твоя матка, твой кусс, твой фардж, твоя срамота!" - но сестры отвечали. "Нет, не говори такие плохие слова!" - и затрещины снова сыпались на мой многострадальный затылок, шею и плечи.
И только когда все три утомились средняя сказала правильное название: "Очищенный кунжут!"
И чаша ходила между ними еще некоторое время, а я еле сидел от боли в шее и плечах, но все же вино оказало свое действие и боль потихоньку ушла. А потом младшая поднялась и сняла с себя одежды, и хотя я и подумал: "Моя шея и плечи потерпят еще на пути Аллаха!" - но ее красота была столь совершенна, что я позабыл обо всем, кроме этого зрелища, и смотрел на нее, обнаженную, похожую на отрезок месяца, с лицом, подобным луне, когда она появляется, и утру, когда оно засияет. И внезапно вспомнил я сказки тысячи и одной ночи, а потому, когда вышла она из водоема и, подойдя, села ко мне на колени и сказала, указывая на свой фардж: "Ответь, ничего не скрывая, как это называется?" - ответил: "Духан Абу-Мансура".
Тогда младшая, кивнув, улыбнулась мне и, сделав глоток вина, потянулась губами к моим губам...
И я пил из этих уст, пьянея без вина, а в голове стучала всего одна мысль — чтобы не сплоховал в нужный момент мой любимый всесокрушающий мул, которому предстояло пастись на базилике храбреца, кормиться очищенным кунжутом и ночевать в духане Абу-Мансура!

28 день месяца Мухаррам 1438 года Хиджры
(29 октября 2016 года по счету верующих в Ису и Марьям)


Видимо, он все же сплоховал...
Мои хозяйки все эти дни не в настроении лежат в своих спальнях, и все, что я слышу от них: «Прими! Подай! Ступай прочь!»
Но сегодня утром по дороге в лавку я столкнулся с девушкой, все одеяние которой составляла цветочная гирлянда, небрежно обмотанная вокруг прелестных бедер.
Едва придя в себя от изумления, я поинтересовался у красавицы: почему у нее столь скудный наряд?
«Фуатино — родина Нотуту - остров любви! - на ломаном арабском ответила юная пери. - Приходи поздно вечером. Будет большой кай-кай»
И, лукаво рассмеявшись, убежала по лесной тропинке, оставив мое сердце томиться в нетерпеливом ожидании.
Как же медленно тянется время...
Но вот, наконец, часы бьют десять...
Нотуту... Воистине неземное имя... Я уже лечу к тебе, моя пери...


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Сб сен 17, 2016 21:58 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
В общем, я ожидала еще одного ответа, но автор запропал(((, поэтому прием закрываю.

Выбираем ТРИ места.
Голосование до 28-го сентября включительно. Слать в личку.
Но я появлюсь на форуме только 22-го вечером (даст бог), так что можно с голосованием не спешить.

Ведите себя хорошо и слушайтесь Тау :1:

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: конкурс рассказа: альтернативная история
СообщениеДобавлено: Пт сен 30, 2016 5:10 
В сети
Кошка книжная домашняя
Аватар пользователя

Зарегистрирован: Пн мар 23, 2009 19:54
Сообщений: 17246
Откуда: Хайфа
Итак.

Первое место, 13 баллов, получили два рассказа))):
№3, "Двадцать листов бумаги" - Артемус (Ирбис) и zmey-uj
и №5 "Гурии Сулеймановых островов" - Гуасуморотианья.

Второе место, 8 баллов - №4, "Страха смерти больше нет" - zmey-uj.

Третье место, 6 баллов - №1, "Когда устают адмиралы" - Артемус (Ирбис).


И четвертое место, 2 балла - №2, "О том, что дОлжно" - Михан (Шалдорн).

Поздравляю победителей! :28:

_________________
У кошки четыре ноги -
и все норовят ее пнуть.
Товарищ, ты ей помоги.
Товарищ, собакой не будь.

Тимур Шаов


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 10 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Литературный интернет-клуб Скифы

статистика

Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Template made by DEVPPL Flash Games - Русская поддержка phpBB